Ровно три года назад, в начале февраля 2013 года, я стоял у проходной Института теоретической и экспериментальной физики, ИТЭФ, на Большой Черемушинской улице. Охранник внимательно изучил мой паспорт и сверил данные с заказанным пропуском, - по ту сторону металлической «вертушки» находится ядерный объект.
Впрочем, в 2012 году ИТЭФ стал чуть менее ядерным - в институте сгорела основная экспериментальная установка, ускоритель ИТЭФ-ТВН, построенный еще в 1950-е годы. За прошедший между пожаром и моим визитом в ИТЭФ год ремонт даже не был начат, но это было далеко не самой крупной неприятностью о которой писали сотрудники ИТЭФа на сайте Save ITEP - «Спасите ИТЭФ». Я обнаружил этот сайт, ужаснулся и отправился на Большую Черемушкинскую выяснять, что происходит с институтом.
Почти одновременно с пожаром на ускорителе ИТЭФ формально завершил переход из юрисдикции Росатома в состав структуры НИЦ «Курчатовский институт». «В Росатоме нам было несладко, - рассказывает мне один из собеседников, - мы были там в непонятном положении. Они стали коммерческой организацией, которая просто не могла финансировать фундаментальную науку, - у них для этого просто не было правовых форм». Исследования, которые велись в ИТЭФ, были не особенно интересны госкорпорации, в то же время руководство Росатома имело виды на территорию института, бывшую усадьбу Черемушки-Знаменское с обширным парком и прудом, когда-то принадлежавшую Меншиковым, Голицыным и Якунчиковым. В 2007 году представитель Росатома Денис Козырев объявил, что здесь будет построен главный офис корпорации, 150-метровый небоскреб с обширным подземным паркингом, круче, чем у Газпрома, и куда ближе к центру Москвы.
Тогда переход из Росатома в состав созданного на базе Курчатовского института Национального исследовательского центра многим казался спасением. «Мотивация была безусловно оправдана, - объяснял мне один из сотрудников ИТЭФ, - Ковальчук, директор Курчатовского института, писал президенту Медведеву совершенно разумные письма о том, что науку надо поддерживать как науку, а не как придаток промышленности». Но что-то пошло не так. В 2010 году в ИТЭФе появился новый директор, Юрий Козлов. Выпускник физико-химического факультет Московского института электронной техники, доктор технических наук (то есть даже не физик!), Козлов почти всю жизнь занимал различные административные должности - сначала в НИИ материаловедения, потом в одном из управлений Федерального агентства по науке и инновациям, затем и в Курчатовском институте, куда Козлов пришел заместителем директора - Михаила Ковальчука. Оттуда никому не известного в научном сообществе человека отправили руководить одним из сильнейших в стране фундаментальных физических институтов, ИТЭФ.
Мои собеседники говорят о Козлове едва ли не с презрением. «Первый год новый директор провел, не выходя из своего кабинета, - вспоминает один из них. - Наши теоретики даже шутили, что он в туалет не выходит, потому что если бы выходил, он бы его хотя бы догадался починить. Сейчас он, наконец, стал выходить на территорию. Пришел в ужас: «Как вы себя не уважаете, у вас такая территория!» После этого было проложено несколько асфальтовых дорожек. Но в общем видно, что ему все это не очень интересно, ему у нас не нравится, он у нас мучается». Не обладая амбициями для строительства небоскреба, Козлов превращал институт в тихую бюрократическую сказку. Он раздул административный штат, вместо закупки нового оборудования вернул в бюджет (sic!) выделенные на это 120 млн рублей. Усилил пропускной режим настолько, что в ИТЭФ стало практически невозможно попасть иностранным ученым, даже из стран СНГ. Козлов не был рад молодым исследователям и не давал им ставок и заодно принял новую зарплатную сетку, которая ударила по карманам научных сотрудников. Такого не было даже в Росатоме - впервые за всю историю института ученые оказались здесь на вторых ролях. Теперь в ИТЭФ перестало нравиться уже физикам, они мучались и стали потихоньку уходить - кто-то за границу, кто-то в другие московские институты.
Примечательно, что когда я спрашивал о роли в происходящем Михаила Ковальчука, мои собеседники, готовые открыто издеваться над Козловым, выражались осторожно и даже с некоторой надеждой. «Ковальчук про эту ситуацию знает и, я думаю, будет искать решение», - говорил один. «Ковальчук сделал большую кадровую ошибку и должен найти для Козлова другую работу, более подобающую его талантам», - замечал другой. «Ковальчук во всяком случае действительно интересуется наукой», - говорил третий.
Когда через несколько дней мой репортаж из ИТЭФ был готов к публикации, мне позвонил один из его героев, самый авторитетный и уважаемый.
Сергей, - сказал он, - вы уж простите, но мы решили попросить вас ничего не публиковать.
Но почему? - удивился я.
Мы надеемся, что сможем донести наше видение ситуации до высшего руководства и разобраться со всем своими силами.
Сегодня, три года спустя, ни один из четырех героев моего репортажа больше не является штатным сотрудником Института теоретической и экспериментальной физики. Формально кто-то из них ушел по собственному желанию, но фактически все они были уволены - и за сайт Save ITEP, и за вольнодумие вообще. Было бы наивно предполагать, что, не откажись они выходить со своей историей в СМИ, все могло бы обернуться иначе. Но показательно, что тогда, в начале 2013 года, ученые еще были готовы видеть в Ковальчуке возможного спасителя, хорошего царя с плохими боярами. Несколько месяцев спустя в российской науке осталось немного людей, которые бы питали подобные иллюзии.
Неправильная академия
Михаил Ковальчук - старший брат Юрия Ковальчука, члена кооператива «Озеро», председателя правления банка «Россия» и, как говорят, одного из ближайших друзей Владимира Путина. Оба брата закончили физический факультет Ленинградского университета (старший - в 1970-м, младший- в 1974 году), но если Юрий с 1991 года оставил академическую стезю и ушел в коммерцию, то Михаил посвятил свою жизнь науке, а если точнее, - карьере научного администратора.
В 1988 Ковальчук-старший защитил докторскую диссертацию (недавно был обнаружен отзыв на нее член-корреспондента АН СССР Александра Афанасьева, утверждавший, что ее результаты «либо ошибочны, либо повторяют в значительной степени результаты других авторов без соответствующей ссылки на эти работы»), а еще через десять лет, в 1998 году, возглавил Институт кристаллографии РАН. В 2005-м Михаил Ковальчук пополнил коллекцию еще одним институтом - он был назначен еще и генеральным директором Научно-исследовательского центра «Курчатовский институт», организации, не входящей в структуру академии и с 2009 года подчиняющейся непосредственно правительству РФ. Именно в качестве главы Курчатника, как часто называют Курчатовский институт, Ковальчук стал одной из самых заметных фигур российской научной бюрократии и вскоре вступил в многолетнюю необъявленную войну чиновников против Академии наук - разумеется, на стороне первых.
Членом-корреспондентом РАН по Отделению общей физики и астрономии Ковальчук был избран еще в 2000 году, и тогда казалось, что это только начало его победоносного марша по академии. В 2007 году президент РАН Юрий Осипов назначил Михаила Ковальчука исполняющим обязанности вице-президента Академии. По уставу должность вице-президента может занимать только действительный член, так что назначение с лукавой приставкой «и.о.» было своего рода авансом, причем многие были уверены, что Осипов видит Ковальчука не только академиком, но и своим преемником на посту президента. Однако 28 мая 2008 года Общее собрание Академии наук прокатило Ковальчука: за его избрание действительным проголосовали 204 члена общего собрания при проходном минимуме в 248 голосов. Осипов был удивлен, назвал решение академиков ошибкой, а своего протеже - «не только выдающимся организатором науки, но и ученым, достойным избрания действительным членом РАН». Но еще больше произошедшее расстроило самого Михаила Ковальчука.
В следующие пять лет Ковальчук сконцентрировался на Курчатнике: НИЦ прибрал к рукам три научных института - ИТЭФ, Институт физики высоких энергий из подмосковного Протвино и Петербургский институт ядерной физики. Если первые два перешли к Ковальчуку из Росатома, то последний, ПИЯФ, специально для этого был выведен из структуры РАН. Сам Михаил Ковальчук коллекционировал не только подконтрольные институты, но и пышные должности: сегодня он член президиума Совета при Президенте РФ по науке и образованию; член Комиссии при Президенте РФ по модернизации и технологическому развитию экономики России; член правительственной комиссии по высоким технологиям и инновациям; член коллегии Минобрнауки РФ и это далеко не полный список. Впрочем, все эти побрякушки лишь подчеркивали, что повсеместно заслуженный Ковальчук все еще даже не академик!
Здание НИЦ «Курчатовский институт» Фото: Григорий Сысоев/ТАССВ мае 2013 года в Академии наук проходили большие выборы, общее собрание должно было избрать нового президента. Одновременно с этим члены Отделения физических наук выбирали директора Института кристаллографии, эту должность Михаил Ковальчук занимал 15 лет. 27 мая за то, чтобы оставить Ковальчука на этом посту на еще один срок, проголосовали 57 человек при необходимых 67. Президиум РАН, тогда еще возглавляемый Осиповым, рекомендовал отделению пересмотреть свое решение, но три дня спустя, на повторном голосовании, Ковальчука снова прокатили, - он получил 66 голосов при необходимых 73-х. Директор Курчатовского института лишился последней заметной должности в структуре РАН. Один из создателей сообщества «Диссернет», физик Андрей Заякин, вспоминает,
«Если я не нужен Академии, то нам не нужна эта Академия»что его учитель, академик Дмитрий Ширков пересказал ему слова Ковальчука, сказанные в кулуарах этого заседания: «Если я не нужен Академии, то нам не нужна эта Академия».
Через два дня, 1 июня 2013 года, Михаил Ковальчук дал яркое (и по смыслу и как пример манеры речи) интервью «Эху Москвы» об академии и академиках: «Это сложно. Я хочу сказать, что, вы знаете, там собрание великих, по крайней мере в прошлом, людей, большого количества, понимаете, состарившихся. Они достойные люди. Что у них в голове, мне трудно себе представить. […] Дело в том, что, понимаете, они привыкли к некой жизни, привыкли жить, и как бы дальше они провалились. И советское величие исчезло. А для того, чтобы потускневшие скрижали почистить, надо нагибаться. А они, с одной стороны, часть старые, а с другой стороны - часть уже полностью ленивы и недееспособны. Они этого сделать не могут». Если в академии потускнели скрижали, то в Институте кристаллографии, как рассказал Ковальчук корреспонденту, мраморные ступени, цветы на газоне, и даже, да-да, крашеный забор. Институт кристаллографии, в отличие от других институтов академии, не сдает свои помещения в аренду коммерческим компаниям. Не эта ли принципиальность, намекал Ковальчук, помешала ему переизбраться?
![](https://i0.wp.com/takiedela.ru/wp-content/uploads/2016/02/TASS_11504309-928x1024.jpg)
На самом деле Ковальчука сняли с поста скорее всего по более прозаическим причинам. Одни замечали, что он занимает и так уж очень много руководящих должностей, другие обращали внимание на острые публичные высказывания Ковальчука в адрес РАН (например, «Академия должна неминуемо погибнуть как Римская империя»). Наконец ходили слухи, что Ковальчук планирует поступить с Институтом кристаллографии так же, как и с ПИЯФ: вывести его из РАН и присоединить к своему Курчатовскому центру.
Но Академии с новым президентом Владимиром Фортовым, избранным благодаря своей реформаторской программе, и без Ковальчука оставалось существовать в привычном виде уже совсем немного. Через месяц после выборов, в конце июня, в Госдуму был внесен законопроект «О реформе РАН», который лишал Академию всех ее научных институтов (они переподчинялись новому органу - Федеральному агентству научных организаций), превращая РАН в своего рода клуб академиков, почти не имеющий влияния на бюрократию и финансы в российской науке. 27 сентября 2013 года закон был подписан президентом Путиным, и Российская академия наук, созданная указом Петра I в 1724 году, в сущности, была развалена.
Спектрометр в коробке
О конкретной роли Михаила Ковальчука в том, что большинство российских ученых считает разгромом РАН, можно только гадать. Аппаратную борьбу против Академии много лет вело Министерство образования и науки, и обида, нанесенная академиками человеку, входящему в ближайшее окружение президента, могла стать спусковым крючком для решительного наступления на РАН.
«система, созданная Ковальчуком, представляет собой феодализм, в котором ученые низведены до роли оброчных мужиков»
Сегодня, два года спустя, оценивать итоги реформы Академии слишком рано, но ясно одно, - она вселила в научное сообщество пессимизм. Ученых отодвинули от распределения финансовых потоков, а главное - от принятия решений. Удивительным образом это очень напоминает положение дел в самом Курчатовском институте. Выступая на Общем собрании отделения физических наук в мае 2013 года, Леонид Пономарев, на тот момент заведующий лабораторией Института общей и ядерной физики НИЦ «Курчатовский институт», рассказал, что «система, созданная Ковальчуком в некогда славном институте, представляет собой феодализм, в котором ученые низведены до роли оброчных мужиков, которые кормят разбухшую и прикормленную бюрократию».
В сентябре 2013 года Леонид Пономарев покинул Курчатовский институт. 27 октября 2015 года в вошедшем в структуру Курчатника ПИЯФе был назначен новый директор - доктор технических наук, эксперт в области пожарной безопасности Денис Минкин, по данным сообщества Диссернет, защитивший почти полностью списанную с других источников диссертацию. 30 октября 2015 года из входящего в структуру Курчатника ИТЭФа был уволен физик с мировым именем Михаил Данилов. В приказе содержалась формулировка, согласно которой в институте нет вакансий, соответствующих его квалификации.
Как считает еще один бывший сотрудник ИТЭФа, цель Михаила Ковальчука - превратить подведомственные научные организации в «институты на бумаге» с лояльными сотрудниками и минимумом научной деятельности, которые почти не требуют финансирования, но под которые можно выбивать огромные бюджетные средства. Сегодня «Курчатовский институт» - одна из самых богатых научных организация страны, сюда было закуплено самое современное научное оборудование, часть которого, впрочем, стоит в зданиях даже не распакованным. Один из физиков, побывавший в Курчатовском институте несколько лет назад, рассказывал: «Курчатник произвел на меня странное впечатление. Там полно мест, которые блестят, сверкают, но не работают. Есть много молодежи, но и она странная. Им специалист из Siemens рассказывает, как работать с оборудованием, через переводчика. Это нонсенс, что студенты пятого-шестого курсов не могут понять технического английского языка». Уровень публикационной активности НИЦ «Курчатовский институт» далеко не соответствует щедрому финансированию института.
Справедливости ради стоит отметить, что и в самом «Курчатовском институте», и в подшефных ИТЭФе, ПИЯФЕ и ИФВЭ в Протвине все еще остаются и отдельные сильные исследователи, и целые научные направления. Многие сотрудники сохраняют с Курчатником формальную аффилиацию, в действительности работая на Западе, например, на Большом адронном коллайдере. Они не выносят сор из избы, не рассказывают публично о ситуации в институте, зато их публикации, подготовленные в ЦЕРНе и других западных институтах на западные деньги, формально считаются сделанными в Курчатнике, - это вполне соответствует философии «бумажного института».
Нашествие зомби
30 сентября 2015 года Михаил Ковальчук прочел в Совете Федерации пространный доклад. Большая его часть заключалась в описании угроз, которые современная наука несет человечеству, а в особенности России. «Сегодня возникла реальная технологическая возможность [вмешаться] в процесс эволюции человека, - заявил Ковальчук. - И цель - создать принципиально новый подвид homo sapiens, служебного человека». Руководитель Курчатовского института объяснил сенаторам, что служебный человек обладает ограниченным самосознанием, его размножение находится под внешним контролем, а «дешевым кормом» ему служат генно-модифицированные организмы. Михаил Ковальчук ни разу прямо не сказал, кто занят созданием «служебного человека», но дал понять, что нужные для этого технологии активно развиваются в США. Среди прочего это «абсолютизация свободы личности», которая, как объяснил Ковальчук, приводит к уничтожению суверенных государств, а также «внедрение в массовое сознание представлений, противоречащих естественным» (здесь речь шла об отказе некоторых семей заводить детей и о движении ЛГБТ) .
Разумеется, для создания зомби одного массового одурачивания мало, нужна еще и фундаментальная наука. Служебный человек может быть создан, с одной стороны, благодаря прорывам в нано- и биотехнологиях, а с другой - с помощью информационных и когнитивных технологий. Так как же быть прогрессивной части человечества, которой угрожает превращение в послушных рабов? Ковальчук напомнил об опасности «одностороннего владения технологиями одной страной» и предложил задать в России новый стратегический приоритет научных исследований, - на базе «опережающего развития принципиально новых междисциплинарных конвергентных фундаментальных исследований и междисциплинарного образования». Другими словами, в мире начинается новая нано-био-инфо-когно-гонка вооружений, и Россия обязана включиться в нее пока не поздно, бросив как можно больше денег на нечто, называемое конвергенцией НБИК-технологий.
В начале 2016 года стало понятно, что выступление в Совете Федерации было лишь первым элементом гениальной двухходовки. 14 января президент РАН Владимир Фортов разослал по отделениям Академии наук документ под названием «Концепция «Стратегии развития конвергентных технологий»». В сопроводительном письме говорилось, что текст подготовлен Межведомственной рабочей группой Минобрнауки, но упоминания Курчатовского института и лично Михаила Ковальчука встречаются в концепции так часто, что в действительном авторстве текста остается мало сомнений.
![](https://i2.wp.com/takiedela.ru/wp-content/uploads/2016/02/TASS_4579682-1280x979.jpg)
Концепция написана куда более сдержанным языком, чем выступление Ковальчука в Совфеде, но в то же время их риторика во многом совпадает. Основа предложенного «развития конвергентных технологий» - приоритизация исследований, лежащих на стыке наук, входящих в аббревиатуру НБИКС, здесь к нано-, био-, когнитивным и информационным технологиям добавились «социо-гуманитарные». По мнению авторов, НБИКС и конвергентные технологии должны быть вписаны в качестве приоритета во все ключевые документы, описывающие перспективное развитие российской науки и ее финансирование. При этом на финансирование конвергентных технологий предлагается выделить 5-10% от всех расходов на гражданскую науку, то есть десятки миллиардов рублей, причем не выделенных в качестве дополнительного бюджета, а перенесенные с других направлений. Что именно из этого должно выйти, концепция не раскрывает, примеров технологических и научных прорывов, к которым должна привести конвергенция НБИКС, в тексте нет. Зато отмечается, что «концепт нашел широкое применение в области экспертных разработок в различных странах начиная с 2000-х годов, и на его основании во многих государствах впоследствии была сформулирована политика внедрения этой парадигмы в целом».
Последнее заявление - правда, но лишь только наполовину. Концепция НБИК действительно была предложена в 2002 году двумя чиновниками американского Национального научного фонда. Тогда на волне моды на идеи трансгуманизма она даже легла в основу некоторых решений по научному бюджетированию США, но вскоре была забыта и отправлена в стол. Через пятнадцать лет Михаил Ковальчук стряхнул с нее пыль и представил в качестве свежей идеи, которая должна определить будущее российской науки и защитить россиян от нашествия «служебных людей». Несколько представителей научной общественности рассказали мне, что концепция «конвергентных технологий» должна была быть представлена президенту Путину во время заседания Совета по науке и образованию 21 января. Однако этого не произошло, как говорят, из-за активного противодействия президента РАН Фортова, успевшего получить отрицательные отзывы на документ от нескольких отделений Академии. Слово «конвергенция» на заседании прозвучало несколько раз, но сам Михаил Ковальчук так и не заговорил о НБИКС. Зато, говоря об ответственности «ведущих научных организаций» в России, он процитировал поэму Пастернака «Высокая болезнь»:
«Тогда, его увидев въяве,
Я думал, думал без конца
Об авторстве его и праве
Дерзать от первого лица».
Одним из самых закрытых и продуктивных научных центров в России и мире считается Национальный исследовательский центр «Курчатовский институт». Президент «Курчатника» Михаил Ковальчук редко дает интервью, но иногда делает исключения . «Лента.ру» ознакомилась с его недавней публикацией и выбрала семь самых важных тезисов.
«Сегодня на слуху ЦЕРН - расположенный на границе Франции и Швейцарии Европейский центр ядерных исследований, крупнейшая в мире лаборатория физики высоких энергий. Во всех работающих там ускорителях, включая Большой адронный коллайдер, используется принцип встречных пучков, придуманный нашими физиками», - рассказал Михаил Ковальчук.
По его словам, практически все крупные научные проекты, реализуемые сегодня в Европе, в значительной мере инициированы российскими учеными. Например, расположенные на Большом адронном коллайдере «детекторы - сооружения величиной с пятиэтажные дома, два из них состоят из элементов, сделанных из монокристаллов вольфрамата свинца». Именно российские ученые придумали совместить 100 тонн кристаллов в единой конструкции, а затем вырастили их, изготовили элементы и собрали детекторы.
О конвергенции
«Сегодня мы готовы соединить существующую технологию микроэлектроники с изученными нами "конструкциями живой природы" и создать природоподобные технологии. Инструментом их создания является конвергенция (слияние, объединение) ряда научных дисциплин - на первом этапе это нано-, био-, инфо-, когно- и социогуманитарное знание», - уточнил Михаил Ковальчук.
Президент Курчатовского института сообщил, что конвергентные науки и технологии активно продвигают в США. Об этом он узнал в 2006 году в Швейцарии на научной конференции.
Важный шаг к внедрению конвергенции - развитие нанотехнологий. Но их внедрение в России столкнулось с целым рядом необязательных препятствий.
«Новое дело всегда и везде наталкивается на сопротивление, его принимают в штыки. Так устроена человеческая натура. А сегодня нанотехнологии стали повседневной жизнью даже на потребительском уровне. И те, кто 10 лет назад громче всех кричал, будто это профанация, теперь столь же ярые их сторонники», - отметил Ковальчук
О науке и санкциях
«Экономические санкции, прочий инструментарий из арсенала большой политики - на одном берегу, наука - на другом. Россия была и остается неотъемлемой частью мирового научного ландшафта», - подчеркивает Михаил Ковальчук.
К примеру, недавно совместно с «Росатомом» ученые Курчатовского института завершили поставку почти 300 тонн уникального сверхпроводящего кабеля для создания магнитных полей в ITER, экспериментальном термоядерном реакторе, строящемся на юге Франции между Ниццей и Марселем, выиграв тяжелейший конкурс у западных конкурентов.
О мирной колонизации
«На смену военной колонизации, которая проводилась в прошлые века ведущими мировыми державами против менее сильных и развитых стран, сегодня пришла колонизация технологическая. Зачем бряцать оружием и с его помощью завоевывать чужие территории, если можно добиться того же без единого выстрела? Но прежде объектом колонизации становились главным образом отсталые государства, теперь же акцент сделан на развитые страны», - считает Михаил Ковальчук.
Во многом новая форма колонизации проявляется в строительстве на территории других стран высокотехнологичных объектов, например атомных станций. Бывшие советские республики, напротив, столкнулись с деиндустриализацией, отказавшись от многих объектов, построенных во времена СССР.
О российской науке
«Особенное удивление на Западе вызывает то, как мы выдержали все. Так много было разрушено, утрачено, отдано в 1990-е, что для любой другой страны это стало бы непоправимой катастрофой! Да, и для нас даром не прошло, в том числе для нашей науки, но традиции, заделы были такие мощные, что удалось не только выжить, но и снова начать развиваться. По факту сегодня Россия остается одной из самых высокотехнологичных стран мира. Во многих областях мы на лидирующих позициях», - утверждает Михаил Ковальчук.
По его мнению, любая страна, вставшая на путь индустриального развития, обязательно стремилась к тому, чтобы на ее территории была построена мегаустановка. Пример - синхротрон в «Курчатнике», по сути - пропуск для России в пул государств, готовых двигать науку дальше.
На площадке Курчатовского института в Гатчине готовится к энергетическому пуску высокопоточный исследовательский нейтронный реактор ПИК, один из самых мощных в мире. Кроме того, вместе с «Росатомом» и итальянскими партнерами создается принципиально новый токамак «Игнитор».
«Если государство хочет быть богатым, сильным, независимым, оно должно сосредоточить интеллектуальный ресурс. Для этого нужно создать собственную систему образования, развивать ее, совершенствовать. Но это длинная дорога. Проще собрать сливки со всего мира, переманить, перекупить мозги. Особая прелесть в том, что вы укрепляете свой потенциал, привлекая игроков из чужой команды, и одновременно ослабляете соперника», - полагает Михаил Ковальчук.
О публикациях в англоязычных журналах
«Когда в 90-х годах я работал в Штатах, на столах у местных ученых лежали наши академические журналы. Существенная их часть переводилась AIP - Американским институтом физики. Мы даже получали гонорары за публикации от Агентства по авторским правам. А то, что не попадало в перевод, заокеанские коллеги сами разбирали со словарем. Включая тех, кто не говорил по-русски. Если не понимали, спрашивали, мы помогали. А теперь нам предлагают зарабатывать баллы, публикуясь в их журналах. Но игра в одни ворота точно не входит в планы российских ученых», - уверен Михаил Ковальчук.
По его словам, российских ученых оценивают по американской методике через призму того, что будет сочтено ценным и важным для США. По факту это ведет к уничтожению русскоязычной научной периодики.
О пайке ученого и не только
«В Институте кристаллографии, где я проработал в общей сложности более 40 лет, бурление трудовых масс начиналось именно в момент раздачи молока в треугольных пакетах... Пакеты были красно-бело-синие, цветов российского флага. Кстати, лишь сейчас обратил на это внимание. Независимой России еще не было, а молоко уже разливали… Правда, у треуголок имелся существенный недостаток: пакеты размокали и начинали течь. В одних лабораториях из скисшего молока делали простоквашу, в других специализировались на твороге», - рассказал Михаил Ковальчук.
По его словам, «сквашивать было негде», поэтому Ковальчук пил пастеризованное молоко. Уже в зрелом возрасте он неожиданно открыл для себя вино, собрав не только отличную коллекцию, но и целую библиотеку.
Правдинформ
В сентябре в Совете Федерации произошло интересное обсуждение чисто конспирологических вопросов, которое огласке было предано лишь недавно 08 февраля 2016. Выдача такого рода информации в публичное политическое поле в Совете Федерации - это нечто удивительное. За этим событием вероятно последует нечто ещё более удивительное и масштабное. Что?
Зал заседаний Совета Федерации.
30 сентября 2015 года. 10 часов.
Председательствует Председатель Совета Федерации В.И.МатвиенкоСтенограмма
Валентина Матвиенко. ..."Время эксперта".
Сегодня в рамках этой нашей рубрики мы пригласили выступить директора Национального исследовательского центра "Курчатовский институт" Михаила Валентиновича Ковальчука.
Михаил Валентинович – выпускник физического факультета Ленинградского государственного университета, доктор физико-математических наук, профессор, член-корреспондент Российской академии наук, ведущий ученый в области рентгеновской физики, кристаллографии, нанодиагностики, один из идеологов и организаторов развития нанотехнологий в России. Михаил Валентинович преподает в ряде ведущих университетов и институтов нашей страны, является главным редактором журнала "Кристаллография" Российской академии наук, он многолетний автор и ведущий научно-популярной телепрограммы "Истории из будущего" с Михаилом Ковальчуком. Михаил Валентинович является членом Совета при Президенте Российской Федерации по науке и образованию, он награжден орденами "За заслуги перед Отечеством" III и IV степеней, является лауреатом премий Правительства Российской Федерации в области науки, техники и в области образования. После назначения Михаила Валентиновича директором Национального исследовательского центра "Курчатовский институт" это очень важное, значимое, известное учреждение в нашей стране получило абсолютно новое дыхание, новое развитие. За время руководства этим институтом Михаилу Валентиновичу удалось сделать очень много.
Я хочу поблагодарить Вас, уважаемый Михаил Валентинович за то, что Вы откликнулись на наше приглашение, и предоставляю Вам слово. Пожалуйста, на трибуну.
Слово – Михаилу Валентиновичу Ковальчуку. Пожалуйста.
Директор Национального исследовательского центра "Курчатовский институт".
Добрый день, уважаемые коллеги!
Валентина Ивановна, я в первую очередь хочу поблагодарить Вас и коллег за возможность выступить в такой важной, знаковой и значимой аудитории.
Я долго думал, чему посвятить доклад, и решил поговорить в некоем смысле о будущем. Эта моя мысль подкреплена позавчерашним выступлением Президента нашей страны в Организации Объединенных Наций, где он в явном виде сказал про некие природоподобные технологии, поэтому я хочу посвятить доклад именно этому. (Будьте любезны, первый слайд.)
Вы знаете, мы с вами живем в такой ситуации, когда все последние годы только и слышим про кризисы: кризис ипотеки, кризис экономический, банковский. И мало кто задумывается о том, что на самом деле это лишь внешняя оболочка того, что происходит где-то в глубине. На самом деле цивилизация переживает глубинный, пожалуй, самый сложный кризис за всю историю своего существования. Дело связано с тем, что мы живем в высокотехнологичном мире, вся наша жизнь, цивилизация основаны на высоких технологиях. И кризис той базы цивилизационной, то есть на самом деле науки, и определяет то, что мы с вами видим и обсуждаем. Я попробую это пояснить.
Когда я был тинейджером (это было много лет назад), мне попалась в руки книжка некоего французского писателя Веркора, которая называлась "Молчание моря". Может быть, вы видели французский фильм об этом. Книга вообще про любовь, но этот роман был настолько интересен, что я посмотрел, нет ли еще у этого писателя чего-нибудь. У этого Веркора есть книга, называется "Квота, или Сторонники изобилия". В этой книге почти 60 лет назад сказано, что человечество после Второй мировой войны запустило новую экономическую систему, которая называлась "расширенное воспроизводство": потребляй, выбрасывай, покупай новое. Фактически была включена машина по истреблению природных ресурсов. И если эта машина будет обслуживать только страны "золотого миллиарда", ресурсов мира хватит на бесконечно долгий период. (Это было сказано 60 лет назад.) И как только одна страна, такая как Индия, выйдет на уровень потребления энергии, равный уровню потребления энергии Соединенными Штатами 60 лет назад, в мире наступит экономический, энергетический коллапс.
Вот это мы с вами сегодня и видим, и надо отчетливо понимать, что проблема именно в этом. И фактически если жить в той парадигме, в которой мы находимся сегодня, то через определенный период времени цивилизация должна, сохранив, я не знаю, колесо, огонь, скотоводство, вернуться к первобытному существованию.
Я поясню это детальнее. Вот посмотрите, глобальные вызовы XXI века. Сегодня то, что называется sustainable development (устойчивое развитие), связано с фактически достаточным, а практически неограниченным потреблением энергии и ресурсов. Глобальное вовлечение в технологическое развитие всё новых стран и регионов в глобальном мире приводит к всё более интенсивному потреблению, а фактически к истреблению природных ресурсов. "Золотой миллиард" на наших глазах дополнился Китаем и Индией, половина населения земного шара пересела с велосипедов на автомобили. Фактически наступил ресурсный коллапс. Вопрос в том, он произойдет завтра или с некоей, так сказать, сдвижкой временно́й - это вопрос второй. Но борьба за истощающиеся ресурсы стала доминантой мировой политики. Мы с вами это очень хорошо видим.
Я хотел бы подчеркнуть две очень важные вещи.
Первое. Лидерство сегодня обеспечивается технологическим превосходством, фактически военная колонизация заменилась технологическим порабощением. И, что крайне важно, под эту колонизацию подпадают развитые страны в первую очередь.
В чем причина этого кризиса, почему так случилось? Вот посмотрите, наша с вами природа миллиарды лет существует в абсолютно гармоничном самосогласованном виде: светит солнышко, его энергия преобразуется с помощью фотосинтеза в химическую энергию, и вся система – био-, гео – – миллиарды лет живет гармонично абсолютно самодостаточно, без ресурсного дефицита. Мы с вами построили техносферу, которая есть основа нашей цивилизации фактически за последние 150–200 лет. И что произошло? Есть одна цифра: общее количество кислорода, которое было потреблено всей цивилизацией до нашего времени, составляет 200 млрд. тонн. Мы это же количество кислорода истребили за 50 лет.
Вопрос заключается в следующем. Представьте, до того времени, как мы изобрели паровую машину, мы были, наша технологическая жизнь, цивилизация была частью общей техносферы, мускульная сила плюс сила ветра и воды. Мы не нарушали баланс в природе. Дальше мы придумали паровую машину, потом электричество и построили техносферу, которая полностью антагонистична природе. Значит, фактически причина кризиса – в противоречии, антагонизме между природой и созданной человеком техносферой. И это наступило за последнее десятилетие по факту. Вот это есть причина кризиса.
Поэтому сейчас я могу вам сказать: человечество находится в некой очень сложной ситуации, перед выбором. Фактически перед нами стоит проблема о том, что будет с человечеством дальше, и она очень глубокая. Поэтому выборы приоритетов сегодня для цивилизации в целом и для каждой конкретной суверенной страны являются важнейшим делом. Все приоритеты можно поделить грубо на две части. Есть тактические приоритеты, которые позволяют нам жить сегодня. Если мы не будем производить лекарства или продукты или армию модернизировать, мы сегодня потеряем все и не сможем выжить. Но если мы не будем думать о стратегических вызовах, то завтра мы исчезнем. Я поясню это очень простым примером.
Мы недавно отмечали 70-летие нашей Великой Победы во Второй мировой войне. Представьте себе, Советский Союз 9 мая 1945 года был победителем. Мы имели самую мощную, самую технологически оснащенную, самую боеспособную армию в мире, мы были властелинами мира. Но в августе того же года после взрыва в Хиросиме и Нагасаки атомной бомбы, если бы мы не занимались атомным проектом, то наша победа была бы обесценена, мы бы просто исчезли как государство. Поэтому, решая проблемы создания оружия, победы в войне, наше государство приняло глубинные решения по реализации в тяжелейших условиях войны стратегического приоритета, который сегодня дал нам возможность сохраниться как суверенному государству. И мы с вами должны понимать, что только благодаря этому сегодня мы с вами живем в суверенном государстве, благодаря тому, что были созданы атомное оружие, подводные лодки и ракеты – средства его доставки. (Пожалуйста, посмотрите на эту картинку, атомный проект.) Причем, что было важно, – в тяжелейших условиях войны никто ничего не обсуждал. Создавалось атомное оружие. Никто не говорил про инновации, про экономическую выгоду. Делалось атомное оружие, бомба, чтобы выжить. Но когда вы отвечаете на стратегически важный вызов, вы взрываете цивилизацию на многие десятилетия, меняя ее облик и лицо и создавая принципиально новый технологический уклад.
Посмотрите, из этой бомбы сначала возникла атомная энергетика. В 1954 году Курчатов повернул бомбу и создал первую в мире атомную станцию (это дата рождения атомной энергетики в мире), Обнинскую АЭС. Затем логика развития атомной энергетики привела нас к термояду. И сегодня весь мир, сложив 10 миллиардов на юге Франции, реализует нашу идею, которая впервые в 1954 году была реализована в Курчатовском институте, создается токамак. Даже слово русское. Это будущий источник энергии на основе термояда, синтеза, а не деления, как сегодня.
Затем эта бомба была повернута в ядерное энергетическое устройство, и в 1958 году была создана первая наша подводная лодка, а через год – первый в мире атомный ледокол. И мы сегодня вне конкуренции на высоких широтах на шельфе, в Арктике. При этом заводы, которые строят атомные подводные лодки, безальтернативно могут создавать платформы для добычи нефти и газа на шельфе. И первая такая платформа – "Приразломная" – была создана.
И теперь я хочу обратить ваше внимание… Я уже не говорю о космосе, что дальнейшее движение в космос связано с ядерной энергетикой в существенной мере. Я обращу ваше внимание на простую вещь. Смотрите, мы все пользуемся компьютерами. И никто не задумался, что, вообще, компьютер и вычислительная математика возникли только потому, что надо было обсчитывать теплофизические характеристики нейтронных реакторов и траекторию выхода в космос. Поэтому возникли вычислительная математика и компьютеры. А суперкомпьютеры сегодня, которые составляют основу наших разработок, возникли в ответ на запрет испытания ядерного оружия. Мы с американцами договорились. Мы перестали делать в Семипалатинске, они – в Неваде. Но это испытание переместилось в суперкомпьютер, который возник только поэтому.
Я, заканчивая этот сюжет, хочу вам сказать, что, если вы решаете стратегическую задачу, она взрывает цивилизацию, она превратила Советский Союз в сверхдержаву и сегодня сохранила нашу суверенность, но при этом она родила новую экономику высокотехнологичную. Мы сегодня практически, например, единственная страна, которая имеет полный атомный цикл. Одна страна – это мы. И мы фактически создали десятки индустрий… Если вы оцените вот эти рынки, то они доминирующие, высокотехнологичные рынки в мире, и мы на них играем ключевые роли.
Поэтому выбор стратегического приоритета – ключевой вопрос для перспектив развития любого государства, в первую очередь такого, как наше.
И вот сегодня мы с вами столкнулись с этим кризисом. Выхода из него два. Выход первый – двигаться, как есть, через череду кровавых войн за передел и доступ к ресурсам, который уже идет. Мы придем фактически к первобытному состоянию. Либо второй вариант – создать принципиально новую технологическую базу природоподобных технологий, то есть фактически включить технологии в цепочку замкнутого ресурсооборота, самодостаточного, который существует в природе.
Следующий слайд покажите.
Вот посмотрите на эту картинку. На самом деле (я говорил уже об этом), Солнце – это термоядерный источник. Его энергия в минимальной части (десятые, сотые доли процента) перерабатывается с помощью фотосинтеза в другие виды энергии, и затем это всё обеспечивает жизнь всего комплекса, Земли.
Я хочу обратить ваше внимание: высшее достижение, природное, – это наш с вами мозг человеческий. При этом наш мозг потребляет в среднем 10 ватт, в пиковые минуты – 30 ватт. Это как лампочка в туалете коммунальной квартиры. А суперкомпьютеры, которые мы, например, делаем и используем… сегодня в Курчатовском институте один из самых мощных суперкомпьютеров потребляет десятки мегаватт. Но мощность всех компьютеров мира только в прошлом году сравнялась с мощностью мозга одного человека. Вот это есть прямое доказательство неправильности наших технологических движений.
Я хочу сказать, что мне сегодня говорить очень легко, потому что Президент нашей страны, выступая… Вот здесь цитата приведена. Когда он уже закончил обсуждение сегодняшней политической обстановки (Сирия, Украина), то вернулся к выбросам и сказал, что надо посмотреть на проблему шире: устанавливать квоты на вредные выбросы, использовать другие по своему характеру тактические меры.
"Мы, может быть, на какой-то срок и снимем остроту проблемы, но, безусловно, кардинально ее не решим. И нам нужны качественно иные подходы. Речь должна идти о внедрении принципиально новых природоподобных технологий, которые не наносят урон окружающему миру, а существуют с ним в полной гармонии и позволят восстановить нарушенный человеком баланс между биосферой и техносферой. Это действительно вызов планетарного масштаба". Конец цитаты.
Будьте любезны, следующий слайд.
Вот теперь я хочу сказать, что эта очень емкая цитата из выступления Президента в Организации Объединенных Наций имеет под собой очень глубокую, долго развивающуюся базу развития самой науки. Посмотрите, если мы взглянем на естественный ход развития науки, что происходило: перенос акцентов на "живое". Если какое-то количество лет назад 90 процентов публикаций было посвящено полупроводникам, то сегодня практически львиная доля научных публикаций посвящена науке о "живом" – биоорганике. Это первое. То есть перенос интереса на "живое", на биологию.
Второе. В науке связки появились. Они появлялись давно, а сейчас их стало огромное количество – биофизика, геофизика, биохимия, даже нейроэкономика и нейрофизиология. Это что означает? Научная среда была беременна этой междисциплинарностью. Ей не хватало этих узких дисциплин, и она начала создавать вот такие переходы, интерфейсы, науки-связки. И, что еще очень важно, – выход междисциплинарных исследований в технологии. Вот посмотрите, как сегодня устроены технологии. Очень просто. Вы берете, простой пример, бревно, обрубаете сучья. У вас есть бревно, можете сложить сруб. Обработали дальше – брус, еще дальше – вагонка и так далее. Дальше что мы делаем с металлом? Добываем руду, выплавляем слиток, ставим на станок, отрезаем лишнее, делаем деталь. До 90 процентов материальных ресурсов и энергии идет на создание отходов и загрязнение окружающей среды. Сегодня так устроены технологии.
И уже появились новые аддитивные технологии, они на слуху, я думаю, вы об этом слышали, когда вы теперь создаете детали природным путем, выращивая их фактически. Вы можете выращивать, сначала можете делать биологические вещи. Например, протезы делаются, замена костей. Вы выращиваете детали человеческого организма. Это начинается от 3D-принтинга, а, по сути, это есть аддитивные технологии. И сегодня вы можете создавать детали любого назначения именно этим аддитивным путем, не отрезая лишнее, а наращивая. И это природоподобные технологии.
Отсюда вывод. Сегодня от стратегической цели, которая есть природоподобие, другого выхода у нас нет, – переход к стратегическому приоритету. Новый стратегический приоритет научно-технического развития – это интеграция, слияние наук и технологическое освоение результатов междисциплинарных исследований. А базой для этого является опережающее развитие принципиально новых междисциплинарных конвергентных фундаментальных исследований и междисциплинарного образования.
Но я бы хотел оставшееся время посвятить рассказу или разговору об угрозах. Понимаете, мы живем в сложном, быстро меняющемся мире. И что делать – совершенно очевидно, понятно, и мы к этому готовы, об этом я еще скажу. Но надо обратить внимание на угрозы, глобальные вызовы, которые таят в себе природоподобные технологии.
Вот смотрите: мы, с одной стороны, переходим к технологическому воспроизведению живой природы. И это ясно. Это даст возможность нам создать технологии, которые будут частью природного цикла, не нарушать его. И в этом смысле мы восстановим, как сказал Президент, естественный обмен веществ в природе. Но возникает возможность целенаправленного вмешательства в жизнедеятельность человека, даже в процесс эволюции.
Вот эти угрозы, связанные с вмешательством, можно четко поделить на два блока. Первый – это биогенетический на базе нанобиотехнологий. То есть вы можете создавать искусственные живые системы с заданными свойствами, в том числе и не существующие в природе.
Я вам приведу простой пример. Вот мы создаем, допустим, искусственную клетку. Эта искусственная клетка, с одной стороны, медицински важна. Она может быть диагностом, она может быть целевым доставщиком лекарств. Но, с другой стороны, она может быть и вредоносной, да? И тогда фактически одна клетка, которая имеет генетический код и саморазвивается, является оружием массового поражения. При этом благодаря достижениям современной генетики вы можете создавать эту клетку, этногенетически ориентированную на конкретный этнос. Это может быть безопасно для одного этноса и вредоносно, смертельно для другого. Это первый очевидный тип опасности при появлении принципиально нового оружия массового поражения.
И вторая вещь. У нас развиваются когнитивные исследования, это исследования по изучению мозга, сознания. Значит, фактически открывается возможность для воздействия на психофизиологическую сферу человека, причем очень легкую и простую. Я могу об этом говорить долго и подробно, но скажу вам только одну вещь. Фактически, с одной стороны, это очень важно для медицины, для всего остального, потому что биопротезы вы можете делать, вы можете для парализованных людей создавать систему управления глазами и так далее. Но, с другой стороны, существует обратная связь мозгомашинных интерфейсов или мозговых, когда вы можете создавать ложную картину действительности внутри человека, как бы солдата, оператора и так далее. То есть это очень тонкая и сложная вещь – управление индивидуальным и массовым сознанием. И мы с вами видим, что происходит на уровне массового сознания, скажем, с помощью Интернета.
Теперь я хотел бы, суммируя то, что сказал, подчеркнуть следующее. Когда я говорил об атомной энергетике, там есть двойственный характер технологий: есть военное применение, есть гражданское. И вы точно знаете: эта атомная станция вырабатывает тепло и электроэнергию, а вот здесь нарабатывается оружейный плутоний. Причем я на расстоянии, измеряя поток нейтрино, могу контролировать состояние реактора и точно сказать, нарабатывается оружейный плутоний или нет.
Дальше. У вас что есть от ядерного взрыва? Температура, ударная волна, плюс радиация. Мы сегодня все это контролируем. Поэтому контроль полный за нераспространением технологий массового поражения. А здесь, в природоподобии, двойственный характер технологий изначально. Размыты границы между гражданским и военным применением, а как следствие – полная неэффективность существующих методов контроля. Я вам говорю: каждая разработка носит медицинский характер. Почему сегодня всплеск в медицине? Потому что медицина сегодня – это правильное гражданское применение, но автоматически существует второе, и они почти неразличимы.
Вторая опасность – доступность и относительная по сравнению с ядерными технологиями дешевизна, возможность создания средств поражения даже в кустарных условиях и отсутствие необходимости средств доставки. Вот представьте себе, атомную бомбу создали уже 60–70 лет назад. Никто с тех пор (хотя все написано в учебнике) атомного оружия не сделал. Всем, у кого оно есть, его дали либо американцы, либо Советский Союз. Никто не сделал. Почему? Задайте себе вопрос. А потому что для этого надо обладать колоссальной наукой, глубинными традициями, колоссальной промышленностью, экономической мощью. Это не под силу ни одному государству. И поэтому (хотя в учебнике все написано) взяли два куска урана-235, создали критическую массу – вот вам бомба. И все известно. А никто не сделал. А вот в этих технологиях это можно сделать на кухне: вам надо добыть клетку и контролировать, то есть это очень просто. А отсюда у вас есть две вещи: вы должны думать о принципиально новой системе международной безопасности, потому что есть еще одна важная вещь – вы не можете предугадать последствия выхода искусственно создаваемых живых систем в окружающую среду, как они нарушат эволюционный процесс.
Дальше. Не буду вдаваться в подробности. Здесь примеры того, какие работы ведет американское агентство DARPA, например, в этой области, – по управлению сознанием, по созданию этногенетических систем. Если почитать только названия, достаточно понять, каковы масштабы этой деятельности.
И я хочу очень кратко, не вдаваясь в детали, вам напомнить, что ответы на эти вызовы у нас начали готовиться в соответствии с президентской инициативой по стратегии развития наноиндустрии еще в 2007 году. Этапы я оставляю в стороне, так сказать, инновационную часть. По коммерческому развитию нанотехнологий хочу сказать, что за эти годы создана принципиально новая исследовательская база, сетевая структура по стране, и мы подошли к реализации задачи третьего этапа, объявленного в 2007 году, который должен привести к созданию в Российской Федерации принципиально нового технологического базиса экономики на базе продукции нанобиотехнологий и природоподобия.
Следующий слайд.
Я просто хочу вам показать… Я приглашаю вас всех, Валентина Ивановна, может быть, какое-нибудь заседание провести в Курчатовском институте, чтобы посмотреть, что в соответствии с поручениями Президента создано в Курчатовском институте за последние пять – семь лет. У нас создан не имеющий мировых аналогов Центр конвергентных наук и технологий на базе мегаустановок, единственного на постсоветском пространстве источника синхротронного излучения, нейтронного исследовательского реактора и мощнейшего комплекса, суперкомпьютера, биогенетических технологий, нейрокогнитивных исследований и так далее. Вот это все есть, действует. Средний возраст работающих там сотен людей – 35 лет. Создана система подготовки кадров. Первый в мире факультет НБИК-технологий создан в физтехе на базе Курчатовского института. То есть "насос" кадровый включен. И это все действует.
Дальше. Я хотел бы теперь, в оставшееся время, поговорить о том, что происходит в мире с наукой и технологиями. Вот наука и технологии в системе факторов развития цивилизации. Посмотрите, что сегодня происходит, если даже обывательски посмотреть.
Первое. Мы все время слышим крики, и это происходит, о создании абсолютно прозрачной научно-образовательной сферы, это первое, и неограниченной мобильности человеческих ресурсов.
А теперь – что это означает. Вот у вас есть фонды (наши фонды, например), которые дают деньги на научные исследования, но после этого все находится в открытом доступе. Это означает, что вся информация о результатах, исполнителях, кадровом резерве, созданных и подготовленных за счет национальных бюджетов различных государств, находится в открытом доступе и легко поддается мониторингу, а значит, и, так сказать, управлению. Это дает возможность в первую очередь, и только сегодня, Соединенным Штатам за счет ресурсов внешнего мира использовать результаты R&D или НИР и НИОКР, привлекать исполнителей и рекрутировать наиболее способные молодые кадры. Фактически сегодня американцами создается глобальная распределенная научно-образовательная среда, которая финансируется национальными бюджетами и обслуживает интересы Соединенных Штатов. Это реальная вещь.
Дальше, следующий шаг. Вот если посмотреть теперь на нас, что происходит с нами в свете того, что я сейчас только что сказал, – происходит следующее: целенаправленное лишение страны стратегических целей и концентрация на тактических задачах. Мы до сегодняшнего дня… у нас отсутствует стратегический национальный интерес научно-технологического развития. Мы решаем тактические проблемы, как во время войны: мы можем делать танки, пушки, выиграть войну, но проиграть будущее. Вот сегодня нас концентрируют – до последнего времени, последних решений Президента – на решение тактических задач.
Второе – кластеризация научной сферы. Она произошла в момент выживания, когда у нас все было плохо, не было денег. Великая сфера, великая научная сфера Советского Союза распалась на кластеры, потому что вы из окружения не можете выйти ни дивизией, ни батальоном, ни даже взводом – поодиночке. Поэтому она кластеризовалась. И сегодня эта кластеризация с помощью грантовой системы фиксируется и замораживается для того, чтобы… в этом случае она легко управляется.
Я вам приведу пример. Я 15 лет был директором одного из крупнейших академических институтов – нашего Института кристаллографии на Ленинском проспекте. 250 научных сотрудников и 50 грантов, очень небольших, научного фонда – по 500 тыс. рублей. Весь потенциал института разбит на 50 групп. 50 групп по пять человек отлично живут на эти 500 тысяч, не имея ни ответственности, ничего остального, работают, ездят за границу, имеют аспирантов, подают следующий грант и шикарно живут. А результатами этой деятельности, которые получаются за наши деньги, очень легко воспользоваться только с помощью наблюдения, даже электронного слежения, за отчетами о данных работах. Всё. И это фактически создает систему, полностью контролируемую, и вы за свой бюджет обслуживаете, например, в Германии… Могу вам в деталях пояснить. Американская колония. У них нет стратегических целей, но они за свой бюджет обслуживают глобальные интересы Америки.
Я вам хочу сказать еще очень важную вещь. Система оценки, например, наукометрическая, научной деятельности в стране, тоже фактически приводит, например, к уничтожению национальной научной периодики и так далее. Это очень тонкие вещи. Фактически мы присутствуем при попытке сформировать систему, в которой научно-технические глобальные цели понятны только Соединенным Штатам, и ими формулируются, а Россия должна стать поставщиком интеллектуальных ресурсов, исполнителем тактических задач, необходимых США для достижения стратегического результата.
Этого, к счастью, не получилось, но тем не менее мы в зоне этой опасности еще находимся. Это все происходит за счет бюджета Российской Федерации.
Я вам поясню, очень важный пример приведу, как американцы участвуют в международных проектах. Вот смотрите: есть огромное количество международных проектов в Европе. Американцы ни в одном проекте не состоят финансово, организационно – ни в ЦЕРНе, ни в рентгеновском лазере, нигде, но их представители сидят во всех управляющих комитетах, причем не только они, а с американскими паспортами поляки, словаки. Они, во-первых, проводят полный мониторинг, во-вторых, пытаются протянуть те решения, которые важны им и так далее. Я могу привести вам конкретные примеры. Значит, фактически они влияют неформально на принятие решений, а затем в полной мере пользуются этими результатами. Я вам приведу пример. Создавался европейский нейтронный источник. Много лет назад решили его делать, 10 лет. Создали бригады людей. Они создали "дорожную карту", что будет делаться. Дальше смотрят. Американцы говорят: "Хороший материал, но надо еще доработать". Создаются новая группа, списки людей, адреса, явки, новая, вторая книга, "Белая книга". Смотрят и говорят: "Вот она уже приличная, но надо еще это немножко доработать, еще людей подтянуть отсюда, оттуда". А после этого американцы никого не спрашивают, выделяют из бюджета 1,5 млрд. долларов в свою национальную лабораторию, забирают весь этот материал и этих людей из Европы и строят этот ускоритель. В Европе до сих пор не начаты эти работы (10 лет прошло), а в Америке он уже четыре года работает. Вот весь ответ. Фактически все используется для подготовительной работы за деньги европейских стран, но используется вот таким образом.
Мы, Россия, сегодня участвуем на ключевых ролях материально, интеллектуально в крупнейших проектах. Мы 2 с лишним миллиарда долларов вносим в европейские проекты – ITER, CERN, который у всех на слуху, лазер на свободных электронах и тяжелоионный ускоритель. Только в Германии миллиард долларов. И я должен сказать, что сегодня мы вернулись к созданию мегапроектов на территории Российской Федерации, у нас реактор ПИК. Сергей Евгеньевич Нарышкин посетил нашу площадку в Гатчине, видел этот реактор, мы с ним там были позавчера, в понедельник. Это один из мощнейших, самый мощный реактор в мире будет, который, пройдя энергетический путь, войдет в строй и будет крупнейшей в мире установкой. Затем у нас создается российско-итальянский проект "Игнитор", новый токамак, третье – ускоритель в Дубне, четвертое – синхротрон. Значит, у нас есть проекты на нашей территории. Но очень внимательными надо быть, понимать, что международное сотрудничество, скажем, теми же американцами тоже используется для ослабления фактически Европы в первую очередь и нас пытаются втянуть в эту историю для усилия собственных позиций.
Я пропущу выводы, они не важны, я думаю, здесь. Вы знаете, выводы понятны. Я хотел вам несколько футуристических картинок нарисовать. Я долго думал, говорить это или нет. Думаю, что это целесообразно. Вот представьте себе, это может показаться таким как бы зловещим, странным будущим, но надо понимать, что, к сожалению, это реальность. Давайте грубо взглянем на мир, как устроен мир. Мир устроен был очень просто: некая элита всегда пыталась весь остальной мир поставить себе на службу. Сначала был рабовладельческий строй, потом был феодальный, потом был капитализм в том или ином виде фактически. Но каждый раз это заканчивалось сменой формации. Почему? Потому что люди, которых элита пыталась превратить в обслугу, этого не хотели по двум причинам. Они, во-первых, были биологически такими же людьми, как те, кто их хотел превратить в обслугу, а во-вторых, у них вырастало по мере развития самосознание, и они сами хотели стать элитой. И весь этот круговорот происходил.
А теперь получается следующее. Сегодня возникла реальная технологическая возможность в процессе эволюции человека и цель – создать принципиально новый подвид homo sapiens "служебного" человека. Если вы смотрели фильм "Мертвый сезон", вы хорошо помните, но тогда это были там какие-то рассуждения, а сегодня биологически это становится возможным сделать. Свойство популяции "служебных" людей очень простое – ограниченное самосознание, и когнитивно это регулируется элементарно, мы с вами видим, уже это происходит. Вторая вещь – управление размножением. И третья вещь – дешевый корм, это генно-модифицированные продукты. Это тоже уже всё готово.
Значит, фактически сегодня возникла реальная технологическая возможность выведения "служебного" подвида людей, и этому помешать уже не может никто, это развитие науки, но это по факту происходит. И мы с вами должны понимать, какое место в этой цивилизации мы можем занять.
Вот я вам прочитаю, просто прочитаю, это не просто так. Можно, я подойду?
Валентина Матвиенко. Да, конечно.
Михаил Ковальчук. (Говорит не в микрофон.) В 1948 году президент Всемирной организации здравоохранения… Слышно? Нет?
Валентина Матвиенко. А у нас есть на экранах, у всех сенаторов.
Михаил Ковальчук. (Говорит не в микрофон.) Пробегите глазами, там все точно сказано. Еще в 1948 году…
Валентина Матвиенко. Покажите еще раз этот слайд.
И у Вас есть…
Михаил Ковальчук. …объявлено, что должно быть сделано.
Валентина Матвиенко. Михаил Валентинович, напротив Вас тоже слайд.
Михаил Ковальчук. Он, к сожалению, размыт, я его не вижу.
Валентина Матвиенко. Понятно. У нас очень четко видно.
Михаил Ковальчук. Я хочу сказать, там точно сказано, что надо шаг за шагом, во-первых, менять самосознание, как бы приучать людей, что не надо размножаться и продолжать род и так далее, убирать национальные особенности. Вот это сказано сначала президентом Всемирной организации здравоохранения, правой рукой Рокфеллера, а затем – в Меморандуме национальной безопасности США № 200 1974 года, в котором написано, что это надо делать так, чтобы страны не поняли, что это стало происходить.
Затем очень важное обстоятельство (об этом говорил Президент в своем выступлении) – абсолютизация свободы личности. Вот обратите внимание, вам со всех сторон (и часть наших радиостанций) сегодня говорят, что ребенок важнее родителей. Это происходит на всех уровнях – от семьи до государства. Абсолютизация свободы личности: личность выше государства суверенного, дети выше родителей и так далее. А к чему это приводит? Это фактически лозунг к слому суверенного государства, суверенитета государства, который является единственным инструментом защиты общества и ценностей и соблюдения баланса между правами и свободами человека. И мы с вами это наблюдаем сегодня. Вот абсолютизация лозунга свободы личности приводит к уничтожению суверенных государств.
А дальше – у вас нет защиты, у вас толпы людей, которые борются друг с другом и легко управляются извне. И это есть мощнейший инструмент.
И еще очень важная вещь – фактически замена этого организованного сообщества взаимодействующих и защищенных государством людей совокупностью, просто популяцией управляемых отдельных индивидуумов. Вот о чем идет речь.
И еще следующая вещь – фактическое сокращение рождаемости путем внедрения в массовое сознание представлений, противоречащих естественным. Речь идет о ЛГБТ, о семьях без детей и всем остальном.
Фактически сегодня мы имеем это в гуманитарной сфере, но это базируется на технологической базе создания "служебного" человека.
Вот, собственно говоря, наверное, все, что я хотел вам сказать. (Аплодисменты.)
Валентина Матвиенко. Михаил Валентинович, я Вас искренне благодарю за столь содержательный и интересный доклад. И аплодисменты моих коллег подтверждают, что они с большим интересом его выслушали. Я думаю, Вы дали нам серьезную пищу для размышления, в том числе и в будущем нашем законотворчестве.
Решением Совета Федерации Вы награждены нашей памятной медалью "Совет Федерации. 20 лет". Позвольте мне от имени коллег вручить Вам эту медаль. (Председательствующий вручает награду. Аплодисменты.)
Михаил Ковальчук. Неожиданно и приятно. Спасибо.
Информация о выступающем
Михаил Валентинович Ковальчук родился 21 сентября 1946 года в Ленинграде.
Выпускник физического факультета Ленинградского государственного университета (1970), доктор физико-математических наук (1988), член-корреспондент РАН (2000), профессор.
С 1998 года - директор Института кристаллографии имени А. В. Шубникова РАН.
С 2005 года - директор Курчатовского института.
М. В. Ковальчук - ведущий учёный в области рентгеновской физики, кристаллографии и нанодиагностки, один из идеологов и организаторов развития нанотехнологий в России. Он внёс существенный вклад в разработку государственных программ, определяющих развитие наноиндустрии в РФ.
С 2010 года - член Совета Фонда «Сколково».
Другие должности
М. В. Ковальчук - учёный секретарь Совета при Президенте РФ по науке, технологиям и образованию; член Комиссии при Президенте Российской Федерации по модернизации и технологическому развитию экономики России; член правительственной комиссии по высоким технологиям и инновациям; член совета генеральных и главных конструкторов, ведущих учёных и специалистов в области высокотехнологичных секторов экономики; член Общественной палаты РФ.
Также Михаил Валентинович является деканом факультета нано-, био-, информационных и когнитивных технологий МФТИ; заведующим кафедрой «Физика наносистем» физического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова; главным редактором журнала «Кристаллография» РАН; председателем Национального комитета кристаллографов России.
М. В. Ковальчук - председатель Национальной конференции по применению рентгеновского, синхротронного излучений, нейтронов и электронов для исследования материалов (РСНЭ); председатель Национальной конференции по росту кристаллов (НКРК). Он автор и ведущий научно-популярной телепрограммы «Истории из будущего с Михаилом Ковальчуком».
М. В. Ковальчук - действительный член Американской ассоциации содействия развитию науки (ААAS) по секции «Физика».
Семья
Отец - историк, специалист по блокаде Ленинграда, Валентин Михайлович Ковальчук.
Брат - Ковальчук, Юрий Валентинович, крупный бизнесмен, председатель совета директоров банка «Россия». Известен как человек, близкий к Владимиру Путину.
Награды
Орден «За заслуги перед Отечеством» III степени (2011) - за большой вклад в развитие науки и многолетнюю плодотворную деятельность
Премия имени Е. С. Фёдорова Президиума РАН за 2009 год.
Почётная грамота Правительства Российской Федерации (2006) - за многолетнюю плодотворную научную и общественную деятельность
Орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени (2006) - за большой вклад в развитие отечественной науки и многолетнюю научную деятельность
Премия Правительства Российской Федерации в области науки и техники (2006) - за создание научно-технического комплекса на базе специализированных источников синхротронного излучения «Сибирь» в Российском научном центре «Курчатовский институт»
Книги
М.В.Ковальчук. Наука и жизнь: Моя конвергенция: Т. 1: Автобиографические наброски: Научно-популярные и концептуальные статьи. - М.: Академкнига, 2011. - 304 с., ил., 1 000 экз., ISBN 978-5-94628-356-4
Конспект доклада М.В.Ковальчука
– Кризис техногенной цивилизации (Веркор, Коронель: «Квота, или «Сторонники изобилия») – запуск машины расширенного воспроизводства и потребления. Энергетический коллапс. Истребление природных ресурсов. Борьба за истощающиеся ресурсы – доминанта мировой политики. Лидерство сегодня обеспечивается технологическим превосходством взамен военному порабощению. Под эту колонизацию попадают развитые страны в первую очередь (отсутствие стратегического планирования на уровне государства, фрагментация научной деятельности, управление извне с помощью грантов, анализ и присвоение полученных результатов и научных кадров). Причина кризиса – антагонизм между техносферой и природой.
– Тактические и стратегические задачи. Решение тактических задач обеспечивает сегодняшние потребности (производство танков и самолётов во время ВОВ обеспечило победу в войне, но Хиросима обесценила достигнутое превосходство). Решение стратегических задач обеспечивает суверенитет и развитие государства и общества в длительной перспективе (атомный проект обеспечил сегодняшний суверенитет России). Выбор стратегического приоритета – ключевой для государства.
– Выход из кризиса – создание принципиально новой технологической базы природоподобных технологий (включение технологий в цепочку существующего в природе замкнутого самодостаточного ресурсооборота). Через междисциплинакность к природоподобию. Природоподобные технологии – перенос акцента исследований на живое (биотехнологии). Науки-связки и выход междисциплинарных наук в технологии. Современные технологии – до 90% ресурсов и энергии идёт в отходы и загрязнение окружающей срады. Аддитивные технологии – создание продукта природным путём, "выращивая" его.
– Стратегическая цель – природоподобие. Стратегическиё приоритет научно-технического развития – интеграция наук и технологическое освоение результатов междисциплинарных исследований. Базой для этого является опережающее развитие принципиально новых междисциплинарных конвергентных фундаментальных исследований и междисциплинарного образования.
– Природоподобные технологии – угрозы и вызовы. Переход к технологическому воспроизведению живой природы несёт угрозу целенаправленного вмешательства в жизнедеятельность человека, даже в процесс эволюции. Два блока угроз. Первое – биогенетические. Создание искусственных живых систем с заданными свойствами (например создание живой клетки для диагностики или доставки лекарства, или оружие уничтожения определённого вида, расы, этноса). Второе – когнитивные исследования (изучение мозга и сознания). Открывается возможность для воздействия на психфизиологическую сферу человека. Управление индивидуальным и массовым сознанием.
Опасность двойного применения и невозможность контроля вредоносного использования.
Доступность и относительная дешевизна создания средств поражения на основе данных технологий и отсутствие необходимости в специальных средствах доставки к противнику.
Невозможность предугадать последствия выхода искусственно созданных биообъектов в окружающую среду.
Опасность одностороннего владения этими технологиями.
– Наука и технология в системе факторов развития цивилизации.
Создание абсолютно прозрачной научной и образовательной сферы. Неограниченная мобильность человеческих ресурсов. Вся информация о результатах, исполнителях и кадровом резерве, созданных и подготовленных за счёт национальных бюджетов различных государств находится в открытом доступе и легко поддаётся мониторингу, а значит и управлению. Это даёт сегодня в первую очередь и только США за счёт ресурсов внешнего мира использовать результаты НИР и НИОКР, привлекать исполнителей и рекрутировать наиболее способные молодые кадры. Фактически американцами сегодня создаётся глобальная распределённая научно-образовательная среда, которая финансируется национальными бюджетами и обслуживает интересы Соединённых Штатов. Глобальные цели понятны только им, и ими формулируются. Остальные страны являются поставщиками интеллектуальных ресурсов, исполнителями тактических задач, необходимых США для достижения стратегического результата.
Что происходит с нами? 1. целенаправленное лишение страны стратегических целей и концентрация на тактических задачах. У нас отсутствует стратегический национальный интерес научно-технологического развития. 2. Кластеризация научной сферы. Сегодня она фиксируется и замораживается с помощью грантовой системы. В этом случае она легко управляема. 3. Наукометрическая система оценки в стране приводит в т. ч. к уничтожению национальной научной периодики.
Выступление очень подробное, тут и об угрозах энергоуклада, и о политике, и о науке, и о пропагагде противоестественного - и о способах выхода. Доклад очень содержательный. Видео на АШ уже было, но без текста - поэтому знакомы не все.
"...Когда я был тинейджером (это было много лет назад), мне попалась в руки книжка некоего французского писателя Веркора, которая называлась "Молчание моря". Может быть, вы видели французский фильм об этом. Книга вообще про любовь, но этот роман был настолько интересен, что я посмотрел, нет ли еще у этого писателя чего-нибудь. У этого Веркора есть книга, называется "Квота, или Сторонники изобилия". В этой книге почти 60 лет назад сказано, что человечество после Второй мировой войны запустило новую экономическую систему, которая называлась "расширенное воспроизводство": потребляй, выбрасывай, покупай новое. Фактически была включена машина по истреблению природных ресурсов. И если эта машина будет обслуживать только страны "золотого миллиарда", ресурсов мира хватит на бесконечно долгий период. (Это было сказано 60 лет назад.) И как только одна страна, такая как Индия, выйдет на уровень потребления энергии, равный уровню потребления энергии Соединенными Штатами 60 лет назад, в мире наступит экономический, энергетический коллапс."
Полный текст выступления:
М.В. Ковальчук, директор Национального исследовательского центра "Курчатовский институт".
Добрый день, уважаемые коллеги!
Валентина Ивановна, я в первую очередь хочу поблагодарить Вас и коллег за возможность выступить в такой важной, знаковой и значимой аудитории.
Я долго думал, чему посвятить доклад, и решил поговорить в некоем смысле о будущем. Эта моя мысль подкреплена позавчерашним выступлением Президента нашей страны в Организации Объединенных Наций, где он в явном виде сказал про некие природоподобные технологии, поэтому я хочу посвятить доклад именно этому. (Будьте любезны, первый слайд.)
Вы знаете, мы с вами живем в такой ситуации, когда все последние годы только и слышим про кризисы: кризис ипотеки, кризис экономический, банковский. И мало кто задумывается о том, что на самом деле это лишь внешняя оболочка того, что происходит где-то в глубине. На самом деле цивилизация переживает глубинный, пожалуй, самый сложный кризис за всю историю своего существования. Дело связано с тем, что мы живем в высокотехнологичном мире, вся наша жизнь, цивилизация основаны на высоких технологиях. И кризис той базы цивилизационной, то есть на самом деле науки, и определяет то, что мы с вами видим и обсуждаем. Я попробую это пояснить.
Когда я был тинейджером (это было много лет назад), мне попалась в руки книжка некоего французского писателя Веркора, которая называлась "Молчание моря". Может быть, вы видели французский фильм об этом. Книга вообще про любовь, но этот роман был настолько интересен, что я посмотрел, нет ли еще у этого писателя чего-нибудь. У этого Веркора есть книга, называется "Квота, или Сторонники изобилия". В этой книге почти 60 лет назад сказано, что человечество после Второй мировой войны запустило новую экономическую систему, которая называлась "расширенное воспроизводство": потребляй, выбрасывай, покупай новое. Фактически была включена машина по истреблению природных ресурсов. И если эта машина будет обслуживать только страны "золотого миллиарда", ресурсов мира хватит на бесконечно долгий период. (Это было сказано 60 лет назад.) И как только одна страна, такая как Индия, выйдет на уровень потребления энергии, равный уровню потребления энергии Соединенными Штатами 60 лет назад, в мире наступит экономический, энергетический коллапс.
Вот это мы с вами сегодня и видим, и надо отчетливо понимать, что проблема именно в этом. И фактически если жить в той парадигме, в которой мы находимся сегодня, то через определенный период времени цивилизация должна, сохранив, я не знаю, колесо, огонь, скотоводство, вернуться к первобытному существованию.
Я поясню это детальнее. Вот посмотрите, глобальные вызовы XXI века. Сегодня то, что называется sustainable development (устойчивое развитие), связано с фактически достаточным, а практически неограниченным потреблением энергии и ресурсов. Глобальное вовлечение в технологическое развитие всё новых стран и регионов в глобальном мире приводит к всё более интенсивному потреблению, а фактически к истреблению природных ресурсов. "Золотой миллиард" на наших глазах дополнился Китаем и Индией, половина населения земного шара пересела с велосипедов на автомобили. Фактически наступил ресурсный коллапс. Вопрос в том, он произойдет завтра или с некоей, так сказать, сдвижкой временно́й - это вопрос второй. Но борьба за истощающиеся ресурсы стала доминантой мировой политики. Мы с вами это очень хорошо видим.
Я хотел бы подчеркнуть две очень важные вещи.
Первое. Лидерство сегодня обеспечивается технологическим превосходством, фактически военная колонизация заменилась технологическим порабощением. И, что крайне важно, под эту колонизацию подпадают развитые страны в первую очередь.
В чем причина этого кризиса, почему так случилось? Вот посмотрите, наша с вами природа миллиарды лет существует в абсолютно гармоничном самосогласованном виде: светит солнышко, его энергия преобразуется с помощью фотосинтеза в химическую энергию, и вся система – био-, гео- – миллиарды лет живет гармонично абсолютно самодостаточно, без ресурсного дефицита. Мы с вами построили техносферу, которая есть основа нашей цивилизации фактически за последние 150–200 лет. И что произошло? Есть одна цифра: общее количество кислорода, которое было потреблено всей цивилизацией до нашего времени, составляет 200 млрд. тонн. Мы это же количество кислорода истребили за 50 лет.
Вопрос заключается в следующем. Представьте, до того времени, как мы изобрели паровую машину, мы были, наша технологическая жизнь, цивилизация была частью общей техносферы, мускульная сила плюс сила ветра и воды. Мы не нарушали баланс в природе. Дальше мы придумали паровую машину, потом электричество и построили техносферу, которая полностью антагонистична природе. Значит, фактически причина кризиса – в противоречии, антагонизме между природой и созданной человеком техносферой. И это наступило за последнее десятилетие по факту. Вот это есть причина кризиса.
Поэтому сейчас я могу вам сказать: человечество находится в некой очень сложной ситуации, перед выбором. Фактически перед нами стоит проблема о том, что будет с человечеством дальше, и она очень глубокая. Поэтому выборы приоритетов сегодня для цивилизации в целом и для каждой конкретной суверенной страны являются важнейшим делом. Все приоритеты можно поделить грубо на две части. Есть тактические приоритеты, которые позволяют нам жить сегодня. Если мы не будем производить лекарства или продукты или армию модернизировать, мы сегодня потеряем все и не сможем выжить. Но если мы не будем думать о стратегических вызовах, то завтра мы исчезнем. Я поясню это очень простым примером.
Мы недавно отмечали 70-летие нашей Великой Победы во Второй мировой войне. Представьте себе, Советский Союз 9 мая 1945 года был победителем. Мы имели самую мощную, самую технологически оснащенную, самую боеспособную армию в мире, мы были властелинами мира. Но в августе того же года после взрыва в Хиросиме и Нагасаки атомной бомбы, если бы мы не занимались атомным проектом, то наша победа была бы обесценена, мы бы просто исчезли как государство. Поэтому, решая проблемы создания оружия, победы в войне, наше государство приняло глубинные решения по реализации в тяжелейших условиях войны стратегического приоритета, который сегодня дал нам возможность сохраниться как суверенному государству. И мы с вами должны понимать, что только благодаря этому сегодня мы с вами живем в суверенном государстве, благодаря тому, что были созданы атомное оружие, подводные лодки и ракеты – средства его доставки. (Пожалуйста, посмотрите на эту картинку, атомный проект.) Причем, что было важно, – в тяжелейших условиях войны никто ничего не обсуждал. Создавалось атомное оружие. Никто не говорил про инновации, про экономическую выгоду. Делалось атомное оружие, бомба, чтобы выжить. Но когда вы отвечаете на стратегически важный вызов, вы взрываете цивилизацию на многие десятилетия, меняя ее облик и лицо и создавая принципиально новый технологический уклад.
Посмотрите, из этой бомбы сначала возникла атомная энергетика. В 1954 году Курчатов повернул бомбу и создал первую в мире атомную станцию (это дата рождения атомной энергетики в мире), Обнинскую АЭС. Затем логика развития атомной энергетики привела нас к термояду. И сегодня весь мир, сложив 10 миллиардов на юге Франции, реализует нашу идею, которая впервые в 1954 году была реализована в Курчатовском институте, создается токамак. Даже слово русское. Это будущий источник энергии на основе термояда, синтеза, а не деления, как сегодня.
Затем эта бомба была повернута в ядерное энергетическое устройство, и в 1958 году была создана первая наша подводная лодка, а через год – первый в мире атомный ледокол. И мы сегодня вне конкуренции на высоких широтах на шельфе, в Арктике. При этом заводы, которые строят атомные подводные лодки, безальтернативно могут создавать платформы для добычи нефти и газа на шельфе. И первая такая платформа – "Приразломная" – была создана.
И теперь я хочу обратить ваше внимание… Я уже не говорю о космосе, что дальнейшее движение в космос связано с ядерной энергетикой в существенной мере. Я обращу ваше внимание на простую вещь. Смотрите, мы все пользуемся компьютерами. И никто не задумался, что, вообще, компьютер и вычислительная математика возникли только потому, что надо было обсчитывать теплофизические характеристики нейтронных реакторов и траекторию выхода в космос. Поэтому возникли вычислительная математика и компьютеры. А суперкомпьютеры сегодня, которые составляют основу наших разработок, возникли в ответ на запрет испытания ядерного оружия. Мы с американцами договорились. Мы перестали делать в Семипалатинске, они – в Неваде. Но это испытание переместилось в суперкомпьютер, который возник только поэтому.
Я, заканчивая этот сюжет, хочу вам сказать, что, если вы решаете стратегическую задачу, она взрывает цивилизацию, она превратила Советский Союз в сверхдержаву и сегодня сохранила нашу суверенность, но при этом она родила новую экономику высокотехнологичную. Мы сегодня практически, например, единственная страна, которая имеет полный атомный цикл. Одна страна – это мы. И мы фактически создали десятки индустрий… Если вы оцените вот эти рынки, то они доминирующие, высокотехнологичные рынки в мире, и мы на них играем ключевые роли.
Поэтому выбор стратегического приоритета – ключевой вопрос для перспектив развития любого государства, в первую очередь такого, как наше.
И вот сегодня мы с вами столкнулись с этим кризисом. Выхода из него два. Выход первый – двигаться, как есть, через череду кровавых войн за передел и доступ к ресурсам, который уже идет. Мы придем фактически к первобытному состоянию. Либо второй вариант – создать принципиально новую технологическую базу природоподобных технологий, то есть фактически включить технологии в цепочку замкнутого ресурсооборота, самодостаточного, который существует в природе.
Следующий слайд покажите.
Вот посмотрите на эту картинку. На самом деле (я говорил уже об этом), Солнце – это термоядерный источник. Его энергия в минимальной части (десятые, сотые доли процента) перерабатывается с помощью фотосинтеза в другие виды энергии, и затем это всё обеспечивает жизнь всего комплекса, Земли.
Я хочу обратить ваше внимание: высшее достижение, природное, – это наш с вами мозг человеческий. При этом наш мозг потребляет в среднем 10 ватт, в пиковые минуты – 30 ватт. Это как лампочка в туалете коммунальной квартиры. А суперкомпьютеры, которые мы, например, делаем и используем… сегодня в Курчатовском институте один из самых мощных суперкомпьютеров потребляет десятки мегаватт. Но мощность всех компьютеров мира только в прошлом году сравнялась с мощностью мозга одного человека. Вот это есть прямое доказательство неправильности наших технологических движений.
Я хочу сказать, что мне сегодня говорить очень легко, потому что Президент нашей страны, выступая… Вот здесь цитата приведена. Когда он уже закончил обсуждение сегодняшней политической обстановки (Сирия, Украина), то вернулся к выбросам и сказал, что надо посмотреть на проблему шире: устанавливать квоты на вредные выбросы, использовать другие по своему характеру тактические меры.
"Мы, может быть, на какой-то срок и снимем остроту проблемы, но, безусловно, кардинально ее не решим. И нам нужны качественно иные подходы. Речь должна идти о внедрении принципиально новых природоподобных технологий, которые не наносят урон окружающему миру, а существуют с ним в полной гармонии и позволят восстановить нарушенный человеком баланс между биосферой и техносферой. Это действительно вызов планетарного масштаба". Конец цитаты.
Будьте любезны, следующий слайд.
Вот теперь я хочу сказать, что эта очень емкая цитата из выступления Президента в Организации Объединенных Наций имеет под собой очень глубокую, долго развивающуюся базу развития самой науки. Посмотрите, если мы взглянем на естественный ход развития науки, что происходило: перенос акцентов на "живое". Если какое-то количество лет назад 90 процентов публикаций было посвящено полупроводникам, то сегодня практически львиная доля научных публикаций посвящена науке о "живом" – биоорганике. Это первое. То есть перенос интереса на "живое", на биологию.
Второе. В науке связки появились. Они появлялись давно, а сейчас их стало огромное количество – биофизика, геофизика, биохимия, даже нейроэкономика и нейрофизиология. Это что означает? Научная среда была беременна этой междисциплинарностью. Ей не хватало этих узких дисциплин, и она начала создавать вот такие переходы, интерфейсы, науки-связки. И, что еще очень важно, – выход междисциплинарных исследований в технологии. Вот посмотрите, как сегодня устроены технологии. Очень просто. Вы берете, простой пример, бревно, обрубаете сучья. У вас есть бревно, можете сложить сруб. Обработали дальше – брус, еще дальше – вагонка и так далее. Дальше что мы делаем с металлом? Добываем руду, выплавляем слиток, ставим на станок, отрезаем лишнее, делаем деталь. До 90 процентов материальных ресурсов и энергии идет на создание отходов и загрязнение окружающей среды. Сегодня так устроены технологии.
И уже появились новые аддитивные технологии, они на слуху, я думаю, вы об этом слышали, когда вы теперь создаете детали природным путем, выращивая их фактически. Вы можете выращивать, сначала можете делать биологические вещи. Например, протезы делаются, замена костей. Вы выращиваете детали человеческого организма. Это начинается от 3D-принтинга, а, по сути, это есть аддитивные технологии. И сегодня вы можете создавать детали любого назначения именно этим аддитивным путем, не отрезая лишнее, а наращивая. И это природоподобные технологии.
Отсюда вывод. Сегодня от стратегической цели, которая есть природоподобие, другого выхода у нас нет, – переход к стратегическому приоритету. Новый стратегический приоритет научно-технического развития – это интеграция, слияние наук и технологическое освоение результатов междисциплинарных исследований. А базой для этого является опережающее развитие принципиально новых междисциплинарных конвергентных фундаментальных исследований и междисциплинарного образования.
Но я бы хотел оставшееся время посвятить рассказу или разговору об угрозах. Понимаете, мы живем в сложном, быстро меняющемся мире. И что делать – совершенно очевидно, понятно, и мы к этому готовы, об этом я еще скажу. Но надо обратить внимание на угрозы, глобальные вызовы, которые таят в себе природоподобные технологии.
Вот смотрите: мы, с одной стороны, переходим к технологическому воспроизведению живой природы. И это ясно. Это даст возможность нам создать технологии, которые будут частью природного цикла, не нарушать его. И в этом смысле мы восстановим, как сказал Президент, естественный обмен веществ в природе. Но возникает возможность целенаправленного вмешательства в жизнедеятельность человека, даже в процесс эволюции.
Вот эти угрозы, связанные с вмешательством, можно четко поделить на два блока. Первый – это биогенетический на базе нанобиотехнологий. То есть вы можете создавать искусственные живые системы с заданными свойствами, в том числе и не существующие в природе.
Я вам приведу простой пример. Вот мы создаем, допустим, искусственную клетку. Эта искусственная клетка, с одной стороны, медицински важна. Она может быть диагностом, она может быть целевым доставщиком лекарств. Но, с другой стороны, она может быть и вредоносной, да? И тогда фактически одна клетка, которая имеет генетический код и саморазвивается, является оружием массового поражения. При этом благодаря достижениям современной генетики вы можете создавать эту клетку, этногенетически ориентированную на конкретный этнос. Это может быть безопасно для одного этноса и вредоносно, смертельно для другого. Это первый очевидный тип опасности при появлении принципиально нового оружия массового поражения.
И вторая вещь. У нас развиваются когнитивные исследования, это исследования по изучению мозга, сознания. Значит, фактически открывается возможность для воздействия на психофизиологическую сферу человека, причем очень легкую и простую. Я могу об этом говорить долго и подробно, но скажу вам только одну вещь. Фактически, с одной стороны, это очень важно для медицины, для всего остального, потому что биопротезы вы можете делать, вы можете для парализованных людей создавать систему управления глазами и так далее. Но, с другой стороны, существует обратная связь мозгомашинных интерфейсов или мозговых, когда вы можете создавать ложную картину действительности внутри человека, как бы солдата, оператора и так далее. То есть это очень тонкая и сложная вещь – управление индивидуальным и массовым сознанием. И мы с вами видим, что происходит на уровне массового сознания, скажем, с помощью Интернета.
Теперь я хотел бы, суммируя то, что сказал, подчеркнуть следующее. Когда я говорил об атомной энергетике, там есть двойственный характер технологий: есть военное применение, есть гражданское. И вы точно знаете: эта атомная станция вырабатывает тепло и электроэнергию, а вот здесь нарабатывается оружейный плутоний. Причем я на расстоянии, измеряя поток нейтрино, могу контролировать состояние реактора и точно сказать, нарабатывается оружейный плутоний или нет.
Дальше. У вас что есть от ядерного взрыва? Температура, ударная волна, плюс радиация. Мы сегодня все это контролируем. Поэтому контроль полный за нераспространением технологий массового поражения. А здесь, в природоподобии, двойственный характер технологий изначально. Размыты границы между гражданским и военным применением, а как следствие – полная неэффективность существующих методов контроля. Я вам говорю: каждая разработка носит медицинский характер. Почему сегодня всплеск в медицине? Потому что медицина сегодня – это правильное гражданское применение, но автоматически существует второе, и они почти неразличимы.
Вторая опасность – доступность и относительная по сравнению с ядерными технологиями дешевизна, возможность создания средств поражения даже в кустарных условиях и отсутствие необходимости средств доставки. Вот представьте себе, атомную бомбу создали уже 60–70 лет назад. Никто с тех пор (хотя все написано в учебнике) атомного оружия не сделал. Всем, у кого оно есть, его дали либо американцы, либо Советский Союз. Никто не сделал. Почему? Задайте себе вопрос. А потому что для этого надо обладать колоссальной наукой, глубинными традициями, колоссальной промышленностью, экономической мощью. Это не под силу ни одному государству. И поэтому (хотя в учебнике все написано) взяли два куска урана-235, создали критическую массу – вот вам бомба. И все известно. А никто не сделал. А вот в этих технологиях это можно сделать на кухне: вам надо добыть клетку и контролировать, то есть это очень просто. А отсюда у вас есть две вещи: вы должны думать о принципиально новой системе международной безопасности, потому что есть еще одна важная вещь – вы не можете предугадать последствия выхода искусственно создаваемых живых систем в окружающую среду, как они нарушат эволюционный процесс.
Дальше. Не буду вдаваться в подробности. Здесь примеры того, какие работы ведет американское агентство DARPA, например, в этой области, – по управлению сознанием, по созданию этногенетических систем. Если почитать только названия, достаточно понять, каковы масштабы этой деятельности.
И я хочу очень кратко, не вдаваясь в детали, вам напомнить, что ответы на эти вызовы у нас начали готовиться в соответствии с президентской инициативой по стратегии развития наноиндустрии еще в 2007 году. Этапы я оставляю в стороне, так сказать, инновационную часть. По коммерческому развитию нанотехнологий хочу сказать, что за эти годы создана принципиально новая исследовательская база, сетевая структура по стране, и мы подошли к реализации задачи третьего этапа, объявленного в 2007 году, который должен привести к созданию в Российской Федерации принципиально нового технологического базиса экономики на базе продукции нанобиотехнологий и природоподобия.
Следующий слайд.
Я просто хочу вам показать… Я приглашаю вас всех, Валентина Ивановна, может быть, какое-нибудь заседание провести в Курчатовском институте, чтобы посмотреть, что в соответствии с поручениями Президента создано в Курчатовском институте за последние пять – семь лет. У нас создан не имеющий мировых аналогов Центр конвергентных наук и технологий на базе мегаустановок, единственного на постсоветском пространстве источника синхротронного излучения, нейтронного исследовательского реактора и мощнейшего комплекса, суперкомпьютера, биогенетических технологий, нейрокогнитивных исследований и так далее. Вот это все есть, действует. Средний возраст работающих там сотен людей – 35 лет. Создана система подготовки кадров. Первый в мире факультет НБИК-технологий создан в физтехе на базе Курчатовского института. То есть "насос" кадровый включен. И это все действует.
Дальше. Я хотел бы теперь, в оставшееся время, поговорить о том, что происходит в мире с наукой и технологиями. Вот наука и технологии в системе факторов развития цивилизации. Посмотрите, что сегодня происходит, если даже обывательски посмотреть.
Первое. Мы все время слышим крики, и это происходит, о создании абсолютно прозрачной научно-образовательной сферы, это первое, и неограниченной мобильности человеческих ресурсов.
А теперь – что это означает. Вот у вас есть фонды (наши фонды, например), которые дают деньги на научные исследования, но после этого все находится в открытом доступе. Это означает, что вся информация о результатах, исполнителях, кадровом резерве, созданных и подготовленных за счет национальных бюджетов различных государств, находится в открытом доступе и легко поддается мониторингу, а значит, и, так сказать, управлению. Это дает возможность в первую очередь, и только сегодня, Соединенным Штатам за счет ресурсов внешнего мира использовать результаты R&D или НИР и НИОКР, привлекать исполнителей и рекрутировать наиболее способные молодые кадры. Фактически сегодня американцами создается глобальная распределенная научно-образовательная среда, которая финансируется национальными бюджетами и обслуживает интересы Соединенных Штатов. Это реальная вещь.
Дальше, следующий шаг. Вот если посмотреть теперь на нас, что происходит с нами в свете того, что я сейчас только
что сказал, – происходит следующее: целенаправленное лишение страны стратегических целей и концентрация на тактических задачах. Мы до сегодняшнего дня… у нас отсутствует стратегический национальный интерес научно-технологического развития. Мы решаем тактические проблемы, как во время войны: мы можем делать танки, пушки, выиграть войну, но проиграть будущее. Вот сегодня нас концентрируют – до последнего времени, последних решений Президента – на решение тактических задач.
Второе – кластеризация научной сферы. Она произошла в момент выживания, когда у нас все было плохо, не было денег. Великая сфера, великая научная сфера Советского Союза распалась на кластеры, потому что вы из окружения не можете выйти ни дивизией, ни батальоном, ни даже взводом – поодиночке. Поэтому она кластеризовалась. И сегодня эта кластеризация с помощью грантовой системы фиксируется и замораживается для того, чтобы… в этом случае она легко управляется.
Я вам приведу пример. Я 15 лет был директором одного из крупнейших академических институтов – нашего Института кристаллографии на Ленинском проспекте. 250 научных сотрудников и 50 грантов, очень небольших, научного фонда – по 500 тыс. рублей. Весь потенциал института разбит на 50 групп. 50 групп по пять человек отлично живут на эти 500 тысяч, не имея ни ответственности, ничего остального, работают, ездят за границу, имеют аспирантов, подают следующий грант и шикарно живут. А результатами этой деятельности, которые получаются за наши деньги, очень легко воспользоваться только с помощью наблюдения, даже электронного слежения, за отчетами о данных работах. Всё. И это фактически создает систему, полностью контролируемую, и вы за свой бюджет обслуживаете, например, в Германии… Могу вам в деталях пояснить. Американская колония. У них нет стратегических целей, но они за свой бюджет обслуживают глобальные интересы Америки.
Я вам хочу сказать еще очень важную вещь. Система оценки, например, наукометрическая, научной деятельности в стране, тоже фактически приводит, например, к уничтожению национальной научной периодики и так далее. Это очень тонкие вещи. Фактически мы присутствуем при попытке сформировать систему, в которой научно-технические глобальные цели понятны только Соединенным Штатам, и ими формулируются, а Россия должна стать поставщиком интеллектуальных ресурсов, исполнителем тактических задач, необходимых США для достижения стратегического результата.
Этого, к счастью, не получилось, но тем не менее мы в зоне этой опасности еще находимся. Это все происходит за счет бюджета Российской Федерации.
Я вам поясню, очень важный пример приведу, как американцы участвуют в международных проектах. Вот смотрите: есть огромное количество международных проектов в Европе. Американцы ни в одном проекте не состоят финансово, организационно – ни в ЦЕРНе, ни в рентгеновском лазере, нигде, но их представители сидят во всех управляющих комитетах, причем не только они, а с американскими паспортами поляки, словаки. Они, во-первых, проводят полный мониторинг, во-вторых, пытаются протянуть те решения, которые важны им и так далее. Я могу привести вам конкретные примеры. Значит, фактически они влияют неформально на принятие решений, а затем в полной мере пользуются этими результатами. Я вам приведу пример. Создавался европейский нейтронный источник. Много лет назад решили его делать, 10 лет. Создали бригады людей. Они создали "дорожную карту", что будет делаться. Дальше смотрят. Американцы говорят: "Хороший материал, но надо еще доработать". Создаются новая группа, списки людей, адреса, явки, новая, вторая книга, "Белая книга". Смотрят и говорят: "Вот она уже приличная, но надо еще это немножко доработать, еще людей подтянуть отсюда, оттуда". А после этого американцы никого не спрашивают, выделяют из бюджета 1,5 млрд. долларов в свою национальную лабораторию, забирают весь этот материал и этих людей из Европы и строят этот ускоритель. В Европе до сих пор не начаты эти работы (10 лет прошло), а в Америке он уже четыре года работает. Вот весь ответ. Фактически все используется для подготовительной работы за деньги европейских стран, но используется вот таким образом.
Мы, Россия, сегодня участвуем на ключевых ролях материально, интеллектуально в крупнейших проектах. Мы 2 с лишним миллиарда долларов вносим в европейские проекты – ITER, CERN, который у всех на слуху, лазер на свободных электронах и тяжелоионный ускоритель. Только в Германии миллиард долларов. И я должен сказать, что сегодня мы вернулись к созданию мегапроектов на территории Российской Федерации, у нас реактор ПИК. Сергей Евгеньевич Нарышкин посетил нашу площадку в Гатчине, видел этот реактор, мы с ним там были позавчера, в понедельник. Это один из мощнейших, самый мощный реактор в мире будет, который, пройдя энергетический путь, войдет в строй и будет крупнейшей в мире установкой. Затем у нас создается российско-итальянский проект "Игнитор", новый токамак, третье – ускоритель в Дубне, четвертое – синхротрон. Значит, у нас есть проекты на нашей территории. Но очень внимательными надо быть, понимать, что международное сотрудничество, скажем, теми же американцами тоже используется для ослабления фактически Европы в первую очередь и нас пытаются втянуть в эту историю для усилия собственных позиций.
Я пропущу выводы, они не важны, я думаю, здесь. Вы знаете, выводы понятны. Я хотел вам несколько футуристических картинок нарисовать. Я долго думал, говорить это или нет. Думаю, что это целесообразно. Вот представьте себе, это может показаться таким как бы зловещим, странным будущим, но надо понимать, что, к сожалению, это реальность. Давайте грубо взглянем на мир, как устроен мир. Мир устроен был очень просто: некая элита всегда пыталась весь остальной мир поставить себе на службу. Сначала был рабовладельческий строй, потом был феодальный, потом был капитализм в том или ином виде фактически. Но каждый раз это заканчивалось сменой формации. Почему? Потому что люди, которых элита пыталась превратить в обслугу, этого не хотели по двум причинам. Они, во-первых, были биологически такими же людьми, как те, кто их хотел превратить в обслугу, а во-вторых, у них вырастало по мере развития самосознание, и они сами хотели стать элитой. И весь этот круговорот происходил.
А теперь получается следующее. Сегодня возникла реальная технологическая возможность в процессе эволюции человека и цель – создать принципиально новый подвид homo sapiens "служебного" человека. Если вы смотрели фильм "Мертвый сезон", вы хорошо помните, но тогда это были там какие-то рассуждения, а сегодня биологически это становится возможным сделать. Свойство популяции "служебных" людей очень простое – ограниченное самосознание, и когнитивно это регулируется элементарно, мы с вами видим, уже это происходит. Вторая вещь – управление размножением. И третья вещь – дешевый корм, это генно-модифицированные продукты. Это тоже уже всё готово.
Значит, фактически сегодня возникла реальная технологическая возможность выведения "служебного" подвида людей, и этому помешать уже не может никто, это развитие науки, но это по факту происходит. И мы с вами должны понимать, какое место в этой цивилизации мы можем занять.
Вот я вам прочитаю, просто прочитаю, это не просто так. Можно, я подойду?
Председательствующий. Да, конечно.
М.В. Ковальчук. (Говорит не в микрофон.) В 1948 году президент Всемирной организации здравоохранения… Слышно? Нет?
Председательствующий. А у нас есть на экранах, у всех сенаторов.
М.В. Ковальчук. (Говорит не в микрофон.) Пробегите глазами, там все точно сказано. Еще в 1948 году…
Председательствующий. Покажите еще раз этот слайд.
И у Вас есть…
М.В. Ковальчук. …объявлено, что должно быть сделано.
Председательствующий. Михаил Валентинович, напротив Вас тоже слайд.
М.В. Ковальчук. Он, к сожалению, размыт, я его не вижу.
Председательствующий. Понятно. У нас очень четко видно.
М.В. Ковальчук. Я хочу сказать, там точно сказано, что надо шаг за шагом, во-первых, менять самосознание, как бы приучать людей, что не надо размножаться и продолжать род и так далее, убирать национальные особенности. Вот это сказано сначала президентом Всемирной организации здравоохранения, правой рукой Рокфеллера, а затем – в Меморандуме национальной безопасности США № 200 1974 года, в котором написано, что это надо делать так, чтобы страны не поняли, что это стало происходить.
Затем очень важное обстоятельство (об этом говорил Президент в своем выступлении) – абсолютизация свободы личности. Вот обратите внимание, вам со всех сторон (и часть наших радиостанций) сегодня говорят, что ребенок важнее родителей. Это происходит на всех уровнях – от семьи до государства. Абсолютизация свободы личности: личность выше государства суверенного, дети выше родителей и так далее. А к чему это приводит? Это фактически лозунг к слому суверенного государства, суверенитета государства, который является единственным инструментом защиты общества и ценностей и соблюдения баланса между правами и свободами человека. И мы с вами это наблюдаем сегодня. Вот абсолютизация лозунга свободы личности приводит к уничтожению суверенных государств.
А дальше – у вас нет защиты, у вас толпы людей, которые борются друг с другом и легко управляются извне. И это есть мощнейший инструмент.
И еще очень важная вещь – фактически замена этого организованного сообщества взаимодействующих и защищенных государством людей совокупностью, просто популяцией управляемых отдельных индивидуумов. Вот о чем идет речь.
И еще следующая вещь – фактическое сокращение рождаемости путем внедрения в массовое сознание представлений, противоречащих естественным. Речь идет о ЛГБТ, о семьях без детей и всем остальном.
Фактически сегодня мы имеем это в гуманитарной сфере, но это базируется на технологической базе создания "служебного" человека.
Вот, собственно говоря, наверное, все, что я хотел вам сказать. (Аплодисменты.)
Председательствующий . Михаил Валентинович, я Вас искренне благодарю за столь содержательный и интересный доклад. И аплодисменты моих коллег подтверждают, что они с большим интересом его выслушали. Я думаю, Вы дали нам серьезную пищу для размышления, в том числе и в будущем нашем законотворчестве.
Решением Совета Федерации Вы награждены нашей памятной медалью "Совет Федерации. 20 лет". Позвольте мне от имени коллег вручить Вам эту медаль. (Председательствующий вручает награду. Аплодисменты.)
М.В. Ковальчук. Неожиданно и приятно. Спасибо.
Информация о выступающем
Выпускник физического факультета Ленинградского государственного университета (1970), доктор физико-математических наук (1988), член-корреспондент РАН (2000), профессор.
С 1998 года - директор Института кристаллографии имени А. В. Шубникова РАН.
С 2005 года - директор Курчатовского института.
М. В. Ковальчук - ведущий учёный в области рентгеновской физики, кристаллографии и нанодиагностки, один из идеологов и организаторов развития нанотехнологий в России. Он внёс существенный вклад в разработку государственных программ, определяющих развитие наноиндустрии в РФ.
С 2010 года - член Совета Фонда «Сколково».
Другие должности
М. В. Ковальчук - учёный секретарь Совета при Президенте РФ по науке, технологиям и образованию; член Комиссии при Президенте Российской Федерации по модернизации и технологическому развитию экономики России; член правительственной комиссии по высоким технологиям и инновациям; член совета генеральных и главных конструкторов, ведущих учёных и специалистов в области высокотехнологичных секторов экономики; член Общественной палаты РФ.
Михаил Ковальчук
Также Михаил Валентинович является деканом факультета нано-, био-, информационных и когнитивных технологий МФТИ; заведующим кафедрой «Физика наносистем» физического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова; главным редактором журнала «Кристаллография» РАН; председателем Национального комитета кристаллографов России.
Орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени (2006) - за большой вклад в развитие отечественной науки и многолетнюю научную деятельность
Премия Правительства Российской Федерации в области науки и техники (2006) - за создание научно-технического комплекса на базе специализированных источников синхротронного излучения «Сибирь» в Российском научном центре «Курчатовский институт»
М.В.Ковальчук. Наука и жизнь: Моя конвергенция: Т. 1: Автобиографические наброски: Научно-популярные и концептуальные статьи. - М.: Академкнига, 2011. - 304 с., ил., 1 000 экз., ISBN 978-5-94628-356-4
Проект Курчатовского института – реальный путь России к будущему величию.Михаил Ковальчук разворачивает перед нацлидером, президентом РФ перспективы развития России.
Россия добивалась успехов только когда ее правители мыслили масштабно, ставили грандиозные задачи поражавшие воображение, выходя за рамки обывательского косного или общепринятого ограниченного буржуазного мышления. Иван Грозный, Петр I, Ленин, Сталин I ставили Россию на дыбы и направляли к величию. Когда такой пассионарный импульс исчерпывался – наступали смутные времена
. Таким смутным временем было и ельцинско-гайдаро-чубайсовское время. Но что такое 30 лет для многотысячелетней (если начинать от индоевропейских корней – от колыбели индоевропейских народов а значит и европейской цивилизации, коей является наша страна) истории России? Миг! В России были и потруднее времена, и как монголо-татарские иго не сломило нас, а только заставляло накапливать силы для освобождения – так и иудейско-компрадорско-либеральное иго 1990 гг. Россия кажется уже начала преодолевать. Когда-то план Гоэлро начал вывод Советской России из разрухи. А за этим последовали грандиозные пятилетки. А потом атомный проект повлек за собой взлет науки, технологий, промышленности и мощи СССР. Можно ли ставить такие задачи и разрабатывать подобные проекты и сейчас? Можно. Только речь будет идти конечно уже не о тоннах добытого угля или выплавленной стали, ведь не они сейчас двигатель и показатель прогресса.
Продолжить эту традицию прорывных ответов на вызовы времени призывает Михаил Ковальчук, членкор РАН, директор НИЦ Курчатовский институт.
Предложенный институтом проект концепции «Стратегии развития конвергентных технологий» - и есть такой указатель вектора развития, пути к мировому научному и технологическому лидерству и новому взлету России.
За этим стоит глубокая философия, понимание сути современного этапа развития науки и прорывные открытия российских ученых.
Основой сближения (конвергенции) наук и технологий должны стать информационные и нанотехнологии, опираясь на следующие черты развития естественных наук:
- переход к наноразмерам;
- изменение парадигмы развития от анализа к синтезу;
- сближение и взаимопроникновение неорганики и органического мира живой природы;
- междисциплинарный подход вместо узких специализаций.
На этом основании выдвигается концепция Нано-Био-Инфо-Когно интеграции, синтеза, конвергенции – НБИК. И дальше, присоединяя Социально-гуманитарную составляющую – НБИКС.
И именно развитие этого синтеза наук и технологий и доведение вплоть до воплощения и внедрения в экономику (а не просто "поиск истины") – и есть суть предложенного проекта.
Причем в Курчатовском институте есть наработки, которые уже делают его мировым лидером, и если на этом направлении сосредоточиться - то это и поведет за собой по цепочке всё остальное в России – экономику, культуру, человека как такового возвратит к традиции разума, человечности и гуманизма (о каких людях будущего когда-то мечтали в СССР).
Эта концепция кстати как раз есть продолжение российской традиции, развитие и реализация идей Владимира Ивановича Вернадского - русского и советского учёного, который как в свое время и Циолковский – далеко заглянул в будущее. Так цельно, всеохватывающе и творчески мыслить – это русская идея всеединства, вселенскости и космизма. Но сейчас речь идет уже не просто о мышлении – а о материальном воплощении и созидании.
Ниже под катом - подробнее, популярнее и нагляднее о глобальном видении современного мира Михаилом Ковальчуком, и о реакции на этот проект врагов России - лиц демократической национальности, пятиколонников, врагов народа, антироссийских русофобских СМИ, а также ученых, просто не желающих отрываться от грантовой кормушки дяди Сэма и обслуживающих американские интересы. Комично, что истерику закатило и вражеское радио "Свобода" по поводу планов "разрушения" российской науки Ковальчуком и "тоталитаризма в науке", т.е. концентрации и координации усилий, которая "убьет" российскую науку. С чего вдруг они так озаботились процветанием российской науки? А как же санкции?
14 января 2016 президент РАН Владимир Фортов разослал по отделениям Академии наук документ под названием «Концепция «Стратегии развития конвергентных технологий»». Формально в сопроводительном письме говорится, что текст подготовлен Межведомственной рабочей группой Минобрнауки, но это идеи Курчатовского института и Михаила Ковальчука.
В ХХ веке Курчатовский институт сыграл ключевую роль в обеспечении безопасности страны и развитии важнейших стратегических направлений, включая разработку и создание ядерного оружия, атомного подводного и надводного флотов, атомной энергетики страны.
Изначально организованный для создания ядерного оружия, он стал родоначальником множества уникальных технологий, научных направлений. Под научным руководством и при участии Курчатовского института разработаны атомные реакторы для космической техники, созданы основы термоядерной энергетики, промышленность по разделению изотопов, которая лежит в основе ядерной медицины, позитронно-эмиссионной томографии, лучевой терапии. Появилась сверхпроводимость, новое материаловедение, были решены актуальные проблемы фундаментальной физики. Развитие методов математического моделирования для расчета реакторов привело к созданию суперкомпьютерных технологий и ГРИД-систем.
В Курчатовском институте был создан первый на территории Евразии атомный реактор Ф-1, первая установка токамак, первые источники питания для космических аппаратов, первый на территории СНГ специализированный источник синхротронного излучения.
Со дня основания в Курчатовском институте применяется междисциплинарный подход, нацеленный на полный цикл: от фундаментальных исследований до конечных технологий.
Сегодня НИЦ "Курчатовский институт" обладает уникальной исследовательско-технологической базой, осуществляет исследования и разработки по широкому спектру направлений современной науки и технологий: от энергетики, конвергентных НБИКС-технологий и физики элементарных частиц до высокотехнологичной медицины и информационных технологий.
http://www.nrcki.ru/pages/main/5762/index.shtml
Поворотной точкой стало выступление М.Ковальчука в Совете Федерации.
Оно последовало после мощного исторического выступления Владимира Путина на Генеральной ассамблее ООН о порочности нынешнего мироустойства и необходимости обуздать диктатуру и эксплуатацию мира США (хотя конечно явно США не назывались) и изменить направление политического и технологического развития мира для общего блага - как продолжение этой же линии.
Вот полное видео – 38 мин., М.Ковальчук торопится как можно больше втиснуть в это выделенное ему время.
Поэтому не помешает пересказ ниже этого доклада.
Глава «Курчатовского института» Михаил Ковальчук выступил на заседании СФ в рамках «Времени эксперта»
http://www.youtube.com/watch?v=PgBq7oOI8Hk
Официальный отчет о событии с сайта РАН
Клеточная война, колонии и «служебные люди» США
Будущее мира глазами директора Курчатовского института
Директор Курчатовского института Михаил Ковальчук выступил в Совете Федерации. Он рассказал
сенаторам об опасности искусственных клеток, а также о том, как США влияют на научно-технические цели во всем мире и как создается новый подвид «служебного человека».
В начале своего выступления в Совете Федерации Ковальчук говорил о том, что сейчас технологии и детали можно выращивать природным путем - можно создавать искусственные живые системы с заранее заданными свойствами. Искусственная клетка, по его словам, может быть диагностом и доставщиком лекарств, а может быть вредоносной. Фактически, отметил Ковальчук, одна клетка может быть оружием массового поражения.
Далее Ковальчук говорил о том, что достижения современной генетики позволяют создавать клетку, ориентированную на конкретный этнос: это может быть безопасно для одного этноса, а для другого - смертельно. По его словам, биоподобные технологии позволят делать оружие массового поражения кустарным способом. И предугадать, как искусственные системы нарушат эволюцию, невозможно.
Потом директор Курчатовского института рассказал, что сегодня США создают глобальную распределенную научно-образовательную среду, которая... обслуживает интересы Соединенных Штатов. Например, утверждал Ковальчук, американской колонией является Германия: по его словам, стратегических целей у нее нет, но она за собственный бюджет обслуживает глобальные интересы США.
«Фактически, мы присутствуем при попытке сформировать систему, в которой научно-технические глобальные цели понятны только Соединенным Штатам и ими формулируются, а Россия должна стать поставщиком интеллектуальных ресурсов, исполнителем тактических задач, необходимых США для достижения стратегического результата»
По словам Ковальчука, США финансово и организационно не состоят ни в одном международном проекте в Европе (в качестве примера он привел ЦЕРН и рентгеновский лазер), но представители США сидят во всех управляющих комитетах, причем не только они, но и «поляки с американскими паспортами». Там они проводят полный мониторинг и пытаются протянуть те решения, которые важны США, рассказал Ковальчук.
Россия сегодня играет ключевые роли в крупнейших международных проектах, есть важные проекты и в России - например, ускоритель в Дубне и реактор в Гатчине, продолжил Ковальчук. Однако, отметил он, надо понимать, что международное сотрудничество тоже используется США для усиления собственных позиций и ослабления Европы, и Россию в это тоже пытаются втянуть.
Под конец своего выступления директор Курчатовского института говорил об устройстве мира: элита всегда пыталась поставить весь остальной мир себе на службу. Сначала был рабовладельческий строй, потом был феодальный, потом в том или ином виде был капитализм... Но каждый раз это заканчивалось сменой формации, потому что люди, которых элита пыталась превратить в обслугу, этого не хотели, на что есть две причины: биологически они были такими же людьми, как те, кто их хотел превратить в обслугу, и у них по мере развития вырастало самосознание, поэтому они сами хотели стать элитой.
Ковальчук утверждал, что сегодня возникла реальная технологическая и биологическая возможность создать принципиально новый подвид человека - «служебного человека». Свойство популяции «служебных людей», по его словам, очень простое: ограниченное самосознание, управление размножением и дешевый корм - генномодифицированные продукты. По мнению Ковальчука, этому уже никто не может помешать - это развитие науки, и это по факту уже происходит, и мы должны понимать, какое место в этой цивилизации мы можем занять.
Директор Курчатовского института рассказал, что сегодня ломается система базовых моральных принципов, и создаются альтернативные ценности, которые не вписываются в настоящую жизнь. Он говорил об опасности «абсолютизации свободы личности», когда дети выше родителей, а личность выше суверенного государства. По словам Ковальчука, это «лозунг к слому суверенного государства», чей суверенитет является единственным инструментом защиты общества и ценностей и соблюдения баланса между правами и свободами /и обязанностями/ человека. Если этой защиты не будет, будут «толпы людей, которые борются друг с другом и легко управляются извне».
Также Ковальчук сказал, что сейчас происходит фактическое сокращение рождаемости через внедрения в массовое сознание представлений, которые противоречат естественным..., например, ЛГБТ-сообщество и семьи без детей.
Вот некоторые детали выступления по минутам, однако изложенные приблизительно,фрагментарно и конспективно
Первые 10 мин.
О кризисе человечества и необходимости конвергентных природоподобных технологий.
1
Кризис экономический, финансовый, вообще кризис цивилизации – нужно менять сам базис цивилизации.
Кризис технологического базиса
2
60 лет назад книга Веркор, "Квота, или Сторонники изобилия" – запущена машина по истреблению ресурсов. Потребляй – выбрасывай, после войны запущено расширенное производство. Золотой миллиард так может жить. Но включение в такое потребление Индии, Китая, при потреблении энергии как в США - не хватит всем, кризис, борьба за ресурсы
Борьба за ресурсы стала доминантой мировой политики
3
Военное лидерство заменяется технологическим превосходством, военная колонизация заменилась технологическим порабощением
Круговорот энергии, сейчас техносфера потребляет за 50 лет столько кислорода, сколько за всю предыдущую историю человечества.
Техносфера стала антагонична природе.
Тактика и стратегия развития
6
Победа в Великой Отечественной войне - но Хиросима и Нагасаки поставила все под вопрос
И мы не ответив потеряли бы суверенитет
7
Но наш атомный проект спас, и всю науку потянул за собой. Стал государственным приоритетом
Отсюда Обнинск 1954 первая в мире атомная электростанция, потом термояд
1958 атомная подводная лодка, 1959 атомный ледокол
Технология строительства подводных лодок позволяет строить и платформы для добычи нефти на щельфе
Атомный проект и космос потянул за собой как средства доставки
Компьютеры, суперкомпьютеры и вычислительная математика развилась для рассчета реакторов и траекторий ракет.
9
Суперкомпьютер и вычислительная математика для моделирования ядерных испытаний
Все это породило новую высокотехнологическую экономику
Продолжение
10
Выбор стратегического приоритета
Выход из кризиса – через войну за передел ресурсов приведет к гибели человечества.
Другой выход - новые природподобные технологии
Само Солнце - термоядерный источник
Мозг потребляет 10-30 ватт, а суперкомпьютер – десятки мегаватт. Но все суперкомпьютеры вместе по вычислительной мощности = 1 мозг
Для справки
Выступление президента РФ на пленарном заседании 70-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН
То самое, где было сказано обращаясь к западным лидерам: «Вы хоть понимаете теперь, что вы натворили?»
"Однако предлагаю посмотреть на эту проблему шире. Да, устанавливая квоты на вредные выбросы, используя другие по своему характеру тактические меры, мы, может быть, на какой‑то срок и снимем остроту проблемы, но, безусловно, кардинально её не решим. Нам нужны качественно иные подходы. Речь должна идти о внедрении принципиально новых природоподобных технологий, которые не наносят урон окружающему миру, а существуют с ним в гармонии и позволят восстановить нарушенный человеком баланс между биосферой и техносферой."
Через междисциплинарные связи наук и технологий выйти на природоподобие, связку наук о живом и неживом
Аддитивные технологии выращивания, наращивания, а не отрезая
Интеграция наук и технологий
16
Об угрозах природоподобия
Стало возможно вмешательство даже в процесс эволюции живого и человека
Генетика, искусственные биовиды, нанобиологические технологии, биогенетика
Искусственную клетку можно сконструировать, направленную на конкретный этнос.
Когнитивные исследования – мозга и сознания
Возможность воздействовать на психофизиологическую природу человека
Управление индивидуальным и массовым сознанием
Пример интернет
Невозможен контроль над разработкой природоподобных технологий, т.к. лаборатории малы и легко скрыть их работу.
Медицина может стать оружием
20
Даже кустарные лаборатории могут разрабатывать и создавать биооружие.
Можно даже на кухне
Американская программа ДАРПА – видно масштаб работы США в разрабатывать чудовищных убийственных технологий
21
Одностороннее владение этим - опасность для мира
Нанотехнологии успешно развиваются сейчас в России
В институте Курчатова средний возраст ученых - 35 лет
Как американцы участвуют в международных проектах (например европейских) Только в управляющих комитетах и директоратах сидят, но не вносят финансов не ведут сами научные исследования. Сидят в советах директоров и комитетах американцы или поляки, словаки итд с американскими паспортами.
Мониторят научную деятельность европейцев и проталкивают решения, выгодные США
Пример - нейтронный источник итд
Забирают результаты и людей и строят затем свою лабораторию для коммерческого и военного использования
Вся подготовка в Европе за деньги европейских стран, а плоды – США
30
Так и Россия работает в международном научном сотрудничестве - на американцев
Нынешняя система международного сотрудничества служит США для ослабления Европы и России
Заключительную часть доклада (с 30-й минуты доклада) можно посмотреть и отдельным видео
"Руководитель института им. Курчатова М. Ковальчук на заседании Совета Федерации говорит вещи, которые ещё пару лет назад дружно высмеивались «здравомыслящими людьми» как «теория заговора» и «конспирология».
Ковальчук предупреждает о намерении США построения на нашей планете глобального рабовладельческого общества с элитой и «служебными людьми». Россия должна принять защитные меры.
Правда, описание видео на YouTube – идиотское, по ошибке или умыслу в описании все наоборот извращено
https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=TwYUMjh6gao
30
Футуризм
Как устроен мир? Элита весь остальной мир себе поставить на службу всегда стремится.
Рабовладение, феодализм, потом капитализм в том или ином виде
Каждый раз это заканчивалось сменой формации почему?
Потому что люди, которых элита пыталась превратить в обслугу, не хотели, они биологически были такими же и у них вырастало самосознание
, и они сами хотели стать элитой
Круговорот
Сегодня возникает реальная технологическая возможность вмешаться в процесс эволюции человека и создать подвид "служебного человека", т.е. рабов обслуживающих элиту.
Свойства популяции служебных людей –
1. ограниченное самосознание, это когнитивными технологиями делается уже сейчас
2. управление размножением
3 дешевый корм (генно-модифицированные продукты)
Это все уже готово
Этой возможности не может помешать уже никто, это развитие науки Так какое место в такой цивилизации мы можем занять, что делать России?
На Западе объявлено уже, что должно быть сделано для создания популяции рабов.
Надо шаг за шагом менять само сознание.
Приучать людей, что не надо размножаться и продолжать род
Убирать национальные особенности
Это сказано сначала президентом Всемирной организации здравоохранения - правой рукой Рокфеллера еще в 1948 году!
А затем меморандум национальной безопасности США 1974 года предписывает, что это делать нужно так, чтобы страны не поняли что это стало происходить.
33
Г. Б. Чисхолм –
Более 60 лет назад глава Всемирной организации здравоохранения Г.Б. Чисхолм заявил, что всемирное правительство станет возможным, если у людей отнять их индивидуальность, привязанность к семье, народу и Родине. Именно эти механизмы лежат в основе процесса, называемого глобализацией.
Справка
Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ, англ. World Health Organization, WHO) была основана в 1948 году со штаб-квартирой в Женеве в Швейцарии.
Генеральный директор ВОЗ в 1948-1953 Брок Чисхольм.
Brock Chisholm во время 1-й мировой войны служил капитаном в канадском экспедиционном корпусе.
Затем получил медицинское образование, но колониальные идеи видимо оставались его убеждением.
Призыв заменить понятия добра и зла рациональным мышлением
The re-interpretation and eventually eradication of the concept of right and wrong which has been the basis of child training, the substitution of intelligent and rational thinking for faith in the certainties of the old people, these are the belated objectives of practically all effective psychotherapy.
○ Brock Chisholm (1946)
Призыв уничтожить национальные традиции, патриотизм, религию, даже индивидуальность человека
To achieve world government, it is necessary to remove from the minds of men their individualism, loyalty to family tradition, national patriotism, and religious dogmas.
Призыв оторвать детей от морального влияния родителей и не отягощать их моралью
Children must be free to think in all directions irrespective of the peculiar ideas of parents who often seal their children"s minds with preconceived prejudices and false concepts of past generations. Unless we are very careful, very careful indeed, and very conscientious, there is still great danger that our children may turn out to be the same kind of people we are.
Снова Ковальчук (с комментариями)
Что происходит сейчас? Слом базовых моральных принципов
И создание "альтернативных" ценностей, которые не вписываются в настоящую жизнь
При этом абсолютизируется "свобода личности"
Во все голоса кричат, что ребенок важнее родителей
Но ребенок это просто биологическое существо. Он становится человеком только перенимая сначала у родителей накопленную человеческую культуру. А здесь диктуют и предписывают – примат ребенка, биологического существа над взрослыми и родителями, которые уже освоили человеческую культуру и цивилизацию - но им не дают ее передать ребенок, т.к. ребенок и его биологические животные инстинкты – "главнее".
Сам же ребенок еще не может выбирать ценное – и т.о. образом из детей хотят воспитать зверьков, животных лишенных морали и человеческого разума, которыми легко манипулировать и управлять, т.к. они во власти инстинктов и рефлексов.
На всех уровнях, от семьи до государства - абсолютную свободу личности диктует миру США.
Личность выше государства и общества и его интересов, дети выше родителей.
К чему приводит – к слому суверенитета государства, которое только и может на самом деле быть единственным инструментом защиты общества и соблюдения баланса между личностью и обществом (баланс нужен т.к. без общества невозможно существование единичного человека), правами и обязанностями человека.
Такая абсолютизация свободы – это уничтожение государства. А дальше – у вас нет защиты, есть толпы людей которые борются против друг друга и легко управляются извне.
Замена организованного и защищенного государством сообщества людей совокупностью, популяцией управляемых отдельных индивидуумов.
Сокращение рождаемости внедрением представлений, противоречащих естественным – ЛГБТ, семьи без детей итд
Мы имеем сейчас вот это в гуманитарной сфере – и все это базируется на идее целенаправленного создания "служебного человека".
======================================
Идеи и проект Ковальчука вызвал ярость и истерию у определенного контингента.
Глядя на то, кто выступает против него – мы почему-то обнаруживаем там преимущественно лиц, враждебных России, национал-предателей, враждебные интересам России либеральные СМИ, пятиколонников и вообще тех, кто явно или скрытно работает на интересы США.
Вот например сейчас манифестом противников Ковальчука является статья
Конвергенция наук: нужно ли сажать всех ученых под одну «крышу»?
Александр Кабанов, Роальд Сагдеев
Это очень авторитетные ученые с мировым именем, академики.
Но есть маленькое ("маленькое" – это ирония) "но".
Александр Кабанов
-
профессор и содиректор Института наномедицины Университета Северной Каролины, США
Председатель экспертного совета Национального института здоровья США по биоматериалам и биоповерхностям.
Работает в США с 1994 года.
Роальд Сагдеев
С 1990 года живёт в США. Работает в Мэрилендском университете.
Женат на Сьюзен Эйзенхауэр, внучке президента Дуайта Эйзенхауэра, того самого, что готов был атомную бомбу и на СССР сбросить.
Фактически это предатели-перебежчики, работающие косвенно или прямо в том числе и на военно-промышленный комплекс США – той страны, которая сейчас прямо провозглашает курс на уничтожение России.
И если такие люди и радио "Свобода" выступают против – значит Ковальчук делает правильно.
По итогам выступления Ковальчука в Совете Федерации состоялась встреча президента В. В. Путина с Ковальчуком, на которой президент сообщил ему, что он назначается президентом НИЦ «Курчатовский институт»
Однако борьба определенных сил против проекта концепции «Стратегии развития конвергентных технологий» продолжается. Этот проект и концепция пока не приняты к исполнению.
На чью сторону станет президент? Поддержит ли этот проект?
От этого может зависеть будущее России.