П риукрасить собственную историю, прикрыв неприглядную правду, умолчать истинные мотивы и факты, которые, казалось бы, сопровождаются неопровержимыми доказательствами, выставить происходящее в нужном свете… Это, пожалуй, основное правило при написании учебников истории. Академическая наука давно перестала быть неопровержимой для людей, привыкших мыслить самостоятельно, анализировать факты и искать истину собственным, пусть и не всегда лёгким путём. В истории есть много спорных моментов, в которых строки учебников расходятся с фактическими событиями, но, пожалуй, одним их самых обсуждаемых является подмена Петра I - последнего царя и первого императора Руси.
Наследие Петра Великого
След, оставленный Петром Великим, поистине поражает своими масштабами: мало кто из правителей смог настолько изменить ход событий, перевернув привычный уклад россиян, полностью изменив все устои, привычки и даже менталитет народа. Ему приписываются научные, культурные и социальные достижения, а прогресс, которого достигло общество в то время, кажется бесспорным… Но всё это - лишь на бумагах академических учебников, которые, как известно, предпочитают преподносить всё в розовом свете, веря в незаинтересованность и непросвещённость людей. Вместе с тем, методы Петра I, равно как и мотивы, которые он преследовал, далеко не такие радужные, как представляют историки: для кого он «прорубил окно в Европу», каких целей стремился достичь, вводя непомерные налоги и насаждая чуждую русской душе культуру? Вопрос спорный.
Единственным разумным и логичным ответом на подобную смену поведения может стать подмена Петра Первого. Это мнение не только объясняет все его реформы и нетипичное поведение, но и находит отклик в следах, которые оставил после себя царь: многочисленные портреты, разительно отличающиеся до и после поездки, намёки на совсем другое происхождение лже-Петра и сознательное отчуждение родственников.
Здоровые сомнения относительно подлинности Петра I, подкреплённые фактами, появились у народа ещё во времена правления царя. За такие речи на тот момент можно было заработать крупные неприятности, начиная с прилюдной порки и заканчивая ссылкой на каторгу и даже казнью. Тем не менее, искоренить подобные слухи не могли: люди шептались, придумывая новые и новые версии. Одни считали, что новорождённого царевича подменили немецкие послы прямо в колыбели, другие полагали, что царица Наталья сама отдала рождённую девочку-младенца на воспитание, заменив её наследником немецкого происхождения, якобы опасаясь недовольства Алексея относительно дочери. Однако самой логичной, последовательной и обоснованной версией является всё же подмена царя во время его поездки в Западную Европу, которая окончилась совсем не так, как предполагал Пётр I, отправляясь в путь.
Пётр Первый до поездки в Европу
Каким же был Пётр I до того злосчастного путешествия, и с какой целью он вообще отправился в Западную Европу? Собирая истину по крупицам, проще всего обратиться к портретистам, чьи труды в то время были сродни сегодняшней фотографии: исказить что-либо для них было проявлением непрофессионализма и дурным тоном. Глядя на ранние изображения Петра, можно сделать вывод, что он был довольно коренастым мужчиной среднего роста, который чтил русский быт и культуру. На большинстве картин царь изображён в национальных нарядах, традиционных кафтанах, а по случаю одевал торжественное царское облачение. То же самое было и с его речью: согласно летописям, он отлично владел русским языком, что неудивительно для представителей его рода. К тому же, царь посещал библиотеку Ивана Грозного, совершенствуя свои познания в областях науки и искусства.
Со своей законной супругой Евдокией Лопухиной Пётр Первый душа в душу прожил около 8 лет. Будучи в браке, равно как и до него, царь придерживался строгих канонов, всегда был сдержан и ни разу не был замечен в распутстве: на то время это было неприемлемо для представителей царского рода. У них родились два сына - Алексей и Александр. Александр умер ещё в младенчестве, а Алексей должен был стать официальным наследником престола. Возможно, всё именно так и сложилось бы, если бы не та злосчастная поездка, которая перевернула уклад не только царской семьи, но и всей России…
Будучи в прекрасных отношениях с немцем Лефортом, Пётр I частенько заслушивался его рассказами о Западной Европе. Любопытство гнало царя посмотреть на далекие края, о которых с таким вдохновением рассказывал его друг, если бы не одно «но»: царь до ужаса боялся морских путешествий. Дело в том, что ранее он уже пережил кораблекрушение, чуть не простившись с жизнью. Этот инцидент наложил отпечаток на его поведении, поэтому Пётр старался всячески избегать воды. Тем не менее, любопытство пересилило, и царь решился-таки на двухнедельный визит в Западную Европу.
Собираясь в поездку, Пётр Великий снарядил с собой многочисленную свиту из 200 семей (порядка 450–500 человек). Назвался при этом царь Петром Алексеевым Михайловым: в Европе на тот момент отсутствовало понятие отчеств, поэтому «Алексеевич» стало второй фамилией. Но вернуться ни через запланированные две недели, ни даже через год самодержцу не удалось: Пётр вновь появился в Санкт-Петербурге лишь по прошествии чуть менее двух лет. Да и вернулся ли?
Новоявленный Пётр
Человек, вернувшийся из Европы, мало походил на прежнего Петра Великого. И если небольшие изменения в поведении можно было списать на новые привычки и более «прогрессивные» взгляды, которые царь перенял на Западе, то как быть с внешностью и вопиющими изменениями личности? Портрет царя, написанный в Голландии ещё в самом начале его визита, поразительно напоминает черты лица его сына Алексея. И это неудивительно: сходство столь близких родственников легко объяснить генетикой. Вот только последующие портреты самодержца, которые мы привыкли видеть в учебниках и другой исторической литературе, не имеют ничего общего с первоначальной картиной. Конечно, изменения можно было бы списать на возраст, однако, даже спустя 50 лет родинки и само строение лица скорректировать невозможно. Да и комплекция царя изменилась: после приезда он стал более худощавым и вытянулся на 15 см, зато размер ноги стал на удивление миниатюрным (около современного 37 размера). И если похудение можно было бы объяснить новым рационом, то такое увеличение роста и изменение формы стопы просто невозможно в зрелом возрасте.
К тому же, портретисты имели обычай оставлять подписи изображенных на полотне. Так, на одном из более поздних картин Петра I отчетливо видна надпись: «Анатолий из Анкары». Так Пётр или всё-таки Анатолий? Копнув глубже и оценив манеры новоявленного царя, можно выдвинуть предположение о голландском происхождении вышеназванного Анатолия, который и стал впоследствии лже-Петром Великим. Впрочем, существует немало версий относительно того, кто занял место на троне, однако, доводы профессора Чудинова выглядят наиболее убедительно: это был именно монах, приехавший из Анкары.
Вернулся царь-самозванец в сопровождении всего одного человека. Куда делась оставшаяся свита - загадка. Это и неудивительно: убедить в правильности подмены одного человека куда проще, чем пять сотен. Новоявленный Пётр разорвал общение с близкими и родственниками, которые могли заподозрить подмену, а жену сослал в монастырь, так ни разу с ней не повидавшись после долгой разлуки. Более того, чистая русская речь правителя сменилась невнятным говором с выраженным европейским акцентом: видно было, что сложные словесные конструкции даются ему с трудом. Да и знаменитую библиотеку Ивана Грозного царь посещать перестал: видимо, её местоположение было попросту неизвестно самозванцу, ведь этот секрет передавался только венценосным особам. Существует предположение, что лже-Пётр впоследствии занимался раскопками, чтобы обнаружить хранилище русской литературы, однако, по всей видимости, это ему не удалось.
Сослав жену в монастырь, Пётр-Анатолий нашел себе новую спутницу, которая не принадлежала к княжескому, дворянскому и даже к графскому роду. По сути, он увёл её у своего подчиненного - Меньшикова, который, в свою очередь, точно так же отбил женщину у представителя низших чинов. Такое поведение было не характерно для царя, более того, оно шло вразрез с представлениями о чести и достоинстве царского рода, но разве это что-то значило для европейского монаха? В результате его поступков императрицей Екатериной I стала не самая порядочная прибалтийская дама, что для царского рода оскорбительно само по себе.
Впрочем, после приезда у лже-Петра изменились взгляды не только на семейные ценности, но и на военное ремесло. Если раньше царь всячески избегал флота, то теперь стал настоящим профессионалом абордажного боя. Конечно, можно предположить, что за два года он обучился ведению битв на воде, вот только куда делась его водобоязнь? Да и зачем царю заниматься этим, если даже офицеры гнушались абордажных боёв, - это было занятие для низших чинов. Вот только Анатолий, видимо, был хорошо знаком с этой техникой и не преминул воспользоваться собственным опытом и знаниями.
Куда дели настоящего царя
Судьба настоящего Петра Великого, судя по всему, была неутешительной. Сопоставив хронологию исторических событий в России и на Западе, можно заметить, что во время пропажи царя в Бастилии появился легендарный узник, «Железная маска», лицо которого никто никогда не видел. Карикатуристы, заменяющие фотографов в современной прессе, изображали его в кожаной маске, которая полностью скрывала все черты лица, однако, на камере было высечено «Пётр Алексеев Михайлов» - имя, под которым самодержец отправился в путешествие. Узник содержался в достойных условиях, однако, в 1703 году всё же был казнен.
Деятельность самозванца
Какой след оставил после себя лже-Пётр Великий? Считается, что именно он способствовал прогрессу на Руси и «прорубил окно в Европу», однако, на деле всё выглядело немного по-другому. В его новой деятельности есть немало подтверждений тому, что интересы русского народа стали для царя вторичны, поскольку западное веяние вышло на первый план. Впрочем, это и неудивительно для самозванца. Чем же запомнился лже-самодержец?
- Культура России стала всё больше напоминать западную. Скромность как величайшее женское достоинство сменилась вульгарностью и развязным поведением. Вместо классических нарядов царь обязал носить декольтированные бальные платья, привлекающие внимание противоположного пола. Столь вызывающие наряды были оскорбительны для женщин и их семей, однако, спорить с решением лже-Петра никто не решался.
- Не осталась без внимания и внешность мужчин. Теперь исконно русские бороды «лопатой» стали неугодны: их необходимо было сбривать. Те, кто отказывался, должны были уплатить в казну непомерно высокий налог.
- Строгость и сдержанность в развлечениях сменилась частыми массовыми балами, пропагандой алкоголя, кофе и табака. По сути, распущенность, пришедшая с Запада, стала процветать именно во время правления новоявленного Петра I.
- Реформы коснулись и армии. Так, наиболее приближённые к царю стрельцы, которые всегда шли за подлинным Петром Великим и его сестрой Софьей, были по большей части казнены. Это событие, запомнившееся в истории как «подавление стрелецкого бунта», ознаменовала ещё одна странность: монета, выпущенная в этот год, содержала изображение типичного западного рыцаря и латинскую надпись.
- Взяв Европу в качестве образца, царь основал на Руси Академию наук, характерную для Запада. Русский народ и раньше жил с наукой, которая была тесно переплетена с ведическими знаниями, однако, такая форма была упразднена. Это было сделано совсем не для того, чтобы продвинуть знания в массы: в этом случае представителями научных кругов стали бы русские учёные. Однако западных учёных в составе Академии наук было куда больше - около ста человек против трёх отечественных представителей, среди которых был и Ломоносов. Именно поэтому все заседания проводились на немецком языке: большинство представителей Русской Академии наук даже не знали русского языка!
Чтобы перечислить «достижения» лже-Петра I, которые больше напоминали разрушение государства, не хватит и трехтомника: он изменил алфавит, цифры, летоисчисление… После его правления Россия уже не могла стать прежней: реформы полностью разрушили привычный уклад людей, изменили их менталитет и мировосприятие. Ценой десятков тысяч жизней царь насильно насаждал европейскую культуру, вместо того чтобы идти своим путём. Это ли не главное доказательство того, что истинный представитель рода Романовых был нагло подменен. Ответ на этот вопрос не стоит искать в академических учебниках.
Материал составлен по многочисленным роликам на эту тему
После смерти Петра 1 на протяжении 10 лет смена власти происходила путем дворцовых переворотов. Они не измен ли сущности социального и политического строя. После внезапной смерти царя в 1725 г. стоит вопрос кто станет наследником. Царевича Алексея Петр собственноручно предал суду и запытал. Рассматриваются 2 кандидатуры императрица Екатерина и внук Петра – царевич Петр. За Петра выступает московской дворянство за Екатерину сподвижники Петра. Екатерина первая русская царица, которую короновали. Происходит первый дворцовый переворот. Во всех переворотах основную роль играет гвардия.1727 г. Екатерина умирает от туберкулеза. На трон сажают малолетнего Петра 2. Первоначально на него оказывает влияние Меньшиков, затем князья Долгорукие. Меньшиков обручает царя со своей дочерью, но затем заболевает и несколько недель не появляется во дворце. За это время князья Долгорукие настраивают малолетнего Петра против Меньшикова. Меньшиков становится в опале- отобраны богатства, сослан в ссылку со всей семьей, где и умирает. Долгорукие также обручают его со своей дочерью. В 1730 году Петр 2 умирает от оспы, ему около 14 лет. Верховный тайный совет созданный еще при Екатерине предлагает пригласить на престол Анну Иоановну (племянницу Петра 1), на условии подписания концессий (документа ограничивающего власть монарха). Императрица не имеет права объявлять войну, давать и забирать земли, назначать на должности без ведома тайного совета. Она соглашается, но по приезде в Москву рвет концессии. Распускает Тайный совет, а в последствии подвергает его членов преследованию. В фаворитах у нее конюх Бирон. В Москву приезжают авантюристы всех сословий. Анна правит до 1740 г. у нее нет наследников и она приглашает из Германии свою племянницу и мужа Антона Брушвейцкого. Женит их, у них рождается сын Иван Антонович, которого Анна Иоановна назначает наследником. Регентом при нем Бирон Но после ее смерти он не правит и недели- происходит очередной дворцовый переворот – к власти приходит дочь Петра Елизавета. При Елизавете начинается семилетняя война 1756-1763 . Воюют Англия и Пруссия против Австрии, Франции и России. Русские войска берут Кенигсберг и Берлин. У Елизаветы нет детей. Она выписывает из Германии своего племянника Петра Федоровича и женит его на Екатерине Алексеевне. 1761 г. Екатерина умирает. Петр вступает на трон, заключает мир с Пруссией и вступает с ней в союз. Дарит роту гренадеров, начинает готовить войну с Данией, возвращает Кенигсберг. Пытается провести реформу православия: запрещает иконы, молится только Богоматери и Иисусу. При нем принимается указ о вольности дворянской, дворяне освобождаются от налогов и имею право не служить в армии. В 1761 г Екатерина при поддержке своего фаворита графа Орлова совершает переворот.
15 Политика «Просвещенного абсолютизма» Екатерины 2.
В России начинают издаваться труды просветителей, расцветает газетное и журнальное дело. Нет цензуры. Но в последствии Екатерина оценивает всю опасность этих просветителей и запрещает их. Русским запрещено путешествовать во Францию. Начались гонения на Радищева. Екатерина собирает уложенную комиссию для создания нового Соборного Уложения. Эта комиссия присваивает ей звание Матери всероссийской. Екатерининское время расцвет крепостничества. Екатерина подтверждает манифест о вольности дворянской- грамотой дворянству. Крестьянам запрещено жаловаться на помещика. Помещик может ссылать крепостных в ссылку по своей воле. При Екатерине было большое количество бунтов и восстаний. В 70-х годах происходит восстание Пугачева. Он возвращается с семилетней войны и просит пенсию, но ему не дают он обижается и распускает слухи, что он царь Петр (демонстрирует всем царский знак) Его арестовывают, по дороге он опоил охрану и бежит на Дон. Пугачев поднимает казаков на Доне и рассылает письма, что надо свергнуть Екатерину. Хочет сделать казаков новой элитой. Царские войска некоторое время не могу справится с ним, но в итоге восстание подавлено. Он бежит на Дон, но там его ловят и сдают властям в последствие казнят. Реку Ярик переименовали в Урал, чтобы стереть память об этом восстании.
…Был конец 1724 года. Пётр I полулежал в креслах, сваленный внезапным недугом. Терпеливый и выносливый, привыкший к болям, он морщился, лицо его передёргивалось, а то вдруг успокаивался, обводя всех тёмными глазами.
Супруга его, рассеянно касаясь белокурых волос двух внуков царя - Петра и Наталии, - не сводила глаз с императора. Иногда он поднимал веки и ясным взором поводил вокруг. Вот они, его сподвижники! И коротко, с перерывами называл их имена, словно желая унести всех с собой…
Благороднейший из всех - фельдмаршал Борис Петрович Шереметев, царствие ему небесное!.. Хитрейший из хитрых - мин херц Меншиков… Долгорукие (Долгоруковы)… Древняя фамилия, у них и ума, и злости - в избытке… Князь Черкасский - устроитель моего города Санкт-Петербурга. - Он перевёл взгляд на внука. - Запоминай их, Петруша… Шафиров, Толстой Пётр. А вон тот, каланча в чёрном парике, - учёнейший муж Яков Брюс.
Помолчав, обратился к Брюсу:
Поспрошай: каково кумекает мой внук, - не ему ли придётся трон наследовать? Были у него два учителя, да только дурни, побил я их батогами и прогнал… Назначил учителем Остермана. Как смотришь на сие, Яков Вилимович?
Брюс кивнул, царь вновь перевёл взгляд на мальчика:
Че хмуро глядишь на меня? Боишься? Зря! Ну-ка отойди, встань подале… Да ты дюже велик, отрок… Ну-ка скажи, сколько будет пятью семь?.. А ещё: коли ветер с востока дует, куда корабль надобно вести?
Не ведаю, государь.
Эх ты, «не ведаю»…
Пётр I прикрыл глаза и надолго замолк. А Петруша и сестра его Наталия - голубоглазые, белокурые, словно два ангела, на лицах - ни слёзки, ни печали, только недоумение и робость, а ещё, может, страх…
К Рождеству Петру стало легче, священники, простые люди молились за его здоровье. А миновали морозные рождественские дни, подули ветры - улучшения не случилось. Пётр I перебирал бумаги, но как-то вяло…
Слева от смертного одра, чуть поодаль, стоял у мольберта человек с кистями в руках - торопился запечатлеть великую минуту: не было ни единого явления, в которое бы не вникал и не вносил своего толкования сей император. Ради поддержания живописцев сделал выставку Артамона Матвеева, а вельможам и сенаторам, князьям и графам повелел покупать те «кортыны». Художник Таннауэр писал картину с особым тщанием, вдохновением, широкой кистью - царь представлялся ему лежащим на плоту, который плывет через реку Стикс в царство Аида…
Нева в те дни стояла оледеневшая, горбатая, тёмная, словно тоже охваченная трауром. На домах колыхались печальные флаги, а по окраинам всё так же весело выглядывали раскрашенные голландские домики с цветными картинками, парусниками, букетами и даже женскими ликами.
В печаль погрузились стоящие вокруг. В то же время всех мучил вопрос: кто наследует трон? Отчего молчит государь и как его понять?
Но вот опять приоткрылись веки, блеснули живые тёмные глаза - и вновь помутились… Насовсем или нет?.. Впрочем, один глаз открыт, пугающе открыт… Петруша со страхом смотрит в него. Екатерина рыдает в голос. Меншиков в отчаянии теребит парик. А новгородский архиепископ, театрально воздев руки, восклицает:
На кого ты нас оставляешь, благодетель?!.. Восстань со смертного одра!..
Кирилл Разумовский усмехается: «Восстанет ежели, поглядит, что мы творим, что скажет?»
Шум и гвалт стоят несообразные с часом… В ужасе, в горестном изумлении пребывают сановники, вельможи, генералы.
Тут же и дети, отроки - Голицыны, Шереметевы, Черкасские, недоросли и отроковицы. «Что станется теперь?» - думает Наташа Шереметева, вспоминая, как пять лет назад вот так же величаво умирал её отец, а потом царь первым шёл за гробом, и плач стоял по всей Невской першпективе.
Марья Меншикова неотрывно глядит в лицо царя - как темны его власы и усы, как бледен лоб, лицо страдающее подёргивается. Отец её любимец императора, но что ждёт их теперь?
Заплакали внуки Петра I - Наталия и Пётр.
Раздалась музыка, послышался тихий хор женских голосов, навевающий мысли о вечном. О вечном - и о завтрашнем дне: кто наследует царю-исполину? Окаменев, вслушиваются в последние его слова. Но услышаны лишь два слова: «Отдайте всё…» И Пётр I испустил дух. Кому отдать всё? На кого надёжа?
Один глаз совсем закрылся, а второй - смотрит грозно и мертво. Неужто Всевышний, сам пославший сего великана на землю, отступился и перекрестил его в последний раз?..
И вот уже восьмёрки лошадей в чёрных епанчах, золотая с чёрным колесница, генералы, сановники, князья и графы двинулись по ровной стрельчатой дороге к Петропавловскому собору. Шествием, как и всей церемонией, распоряжается Яков Брюс. Учёный, изобретатель, знаток политеса, обожающий царя, он не отводит взгляда от мёртвого лица, словно заклинает, словно надеется на воскресение.
У него было написано тридцать листов и двадцать пунктов той церемонии, но вид его ужасен: худой как столб, в чёрном парике, камзол болтается. Бальзамировать царя - тоже его дело. Кому ещё сие по плечу? Он делал чучела, лечил кавалерию, занимался алхимией, говорили, что пришил собаке ногу и чуть ли не оживил женщину, подобно египетской царице Изиде, которая собрала по кускам убитого мужа и воскресила.
Лядащий (нехороший. - Ред.) был февраль 1725 года. Месяц царь лежал на морозе, в гробу, обитом золотым глазетом, серебряными позументами, в камзоле, шитом серебром, при шпаге и с Андреевской лентой. Свидетель тех дней Нащокин писал: «1725 год началом своим зело неблагополучие России оказал… Я не могу от неискусства пера описать, как видим был общий плач… О погребении его великое множество за гробом, и всяк хотел помнить. Везде неутешная печаль стояла. Но распространяться о толикой печали недостаток моего воображения прекращает…»
В траур погрузилась ошеломлённая страна. И при дворе не утихали сетования, споры и пересуды: чья теперь очередь? Какая партия возьмёт верх? Сторонники Екатерины, малого Петра или немецкая партия? Многие, воспользовавшись оказией, хотели удалиться «в свои усадьбы и домы». Честолюбцы же, напротив, жаждали укрепиться в новой столице.
Брюс шагал по мощёной дороге, размышляя, как разумно строил свой город император. Планировал вместе с архитектором Трезини и особую роль отводил этой дороге к Петропавловскому собору. На той стороне Невы - увеселения, дворцы, а на этой - тюрьма и Петропавловский собор, место упокоения, доказательство тщеты усилий человеческих. Теперь в этом соборе будет захоронен творец сего града.
Брюсу или, может быть, Остерману пришёл в голову рассказ Лефорта о древнем рыцарском ордене, который исповедовал веру в Чашу Грааля, в то, что Христос с Магдалиной ушли к северу, не к югу, и потому надобно там искать Чашу Христову и Его кровь. Тайные люди предсказывали: там, среди белых ночей, под бледным солнцем, след Чаши Грааля, там не нужен свет, ибо там белая ночь. Не оттого ли Брюс, объехав Европу, изучив десятки языков, навсегда остался именно здесь, в царском граде белых ночей?.. А ещё тайные люди говорили, что гении, наделённые прозрением и волей, одержимые одной-единственной идеей, доживают лишь до полусотни лет, - так и Пётр I.
Брюс всматривался в помолодевшее лицо Петра. Смерть стёрла следы мучительного вопроса: победит ли он русскую косность, не свернёт ли страна после него на старую дорогу, не возьмут ли верх сторонники первой его супруги Евдокии Лопухиной да изменника-сына? И не выбросят ли дела его на свалку?
Ни о чём таком не догадывались ни Екатерина, ни другой наследник - десятилетний внук Петруша, хотя вокруг - нестроения, косые пересуды, взгляды…
Завтра соберётся Верховный совет и решит, кому наследовать трон. Члены его: Меншиков, Репнин, Апраксин, Толстой Пётр, Мусин-Пушкин, Василий Долгорукий, Яков Брюс, Дмитрий Голицын, Юсупов…
Один великий грек дерзал утверждать, что если ему дадут точку опоры, то он перевернёт земной шар, - Архимед был гениальным теоретиком. А на практике, в политике? Россия породила двоих человек, которые одной своей волей хотели перевернуть шестую часть суши. Петру это удалось при глухом недовольстве народа. В XX веке идёя Ленина обрела силу, масштаб, но - вызвала гражданскую войну. Увы! На практике великие замыслы кончаются худо: и тот и другой не дожили до 55 лет - человеческие силы имеют предел.
Спор, начатый у гроба первого императора, шёл много лет, не кончился он и теперь. Одни историки считают Петра I жёстким диктатором, напрасно поколебавшим стародавние законы. Другие видят в нём титана, давшего разбег России и ничуть не изменившего традициям, Православию.
Философы говорят: воспитателями Петра были не тихие бояре, а сам Всевышний, который вложил в него одержимость и веру в могущество страны, в то, что Россия станет великой морской державой. Первую свою морскую поездку царь совершил в Архангельск. Потом разузнал о славном городе Амстердаме, богатом оттого, что в порты его пристают парусники и суда с торговыми людьми. А как любил увлекательные рассказы о заморских странах!..
Петра редко видели в Кремле, он, как «летучий голландец», носился по европейским городам. «Что за царь у нас? - говаривали в Москве. - Не царь, а дьявол какой-то». Действительно, по южным рубежам Европы отправил он Бориса Петровича Шереметева (был тот старше Петра на 20 лет, знал языки и политес, мог договориться и с поляками, и с римским папой, и с мальтийскими рыцарями) - в предстоящей войне Петру были нужны союзники. По северным рубежам Европы царь отправился сам. Научился там мастерить, познал тайны судостроения, так что вернулся уже вооруженным знаниями мореходного дела.
Ещё раньше, пытаясь взять Азов с суши, потерпел поражение. Однако от поражений царь никогда не терялся, а просто делал выводы. В скором времени, построив корабли, подкрался к Азову с моря - и турки запросили мира.
После Амстердама и Венеции царь загорелся идеей построить город у впадения Невы в море, то бишь на болоте. Со всей страны свезли крепостных, работных людей - несть числа, сколько их трудилось и гибло. Город рос. И Пётр заставил Европу не просто считаться с ним, а уважать Россию. Теперь можно было померить силы и с молодым смельчаком, шведским королём Карлом XII.
Наводя новые, европейские порядки в России, царь повелел стричь бороды (или платить налог), обрезать длинные рукава, потому как они мешают работе…
Одержимый идеей поставить Россию вровень с Европой, он уже грезил увидеть подданных своих грамотными - ведь пока за Уралом только в монастырях умели читать-писать. Воеводам приказал открыть церковноприходские школы. Якову Брюсу велел учить черчению, математике и навигацкому делу недорослей и способных отроков.
Народ ворчал, ругмя ругал втихую царя, однако солдаты его уже полюбили за характер, энергию, а сподвижники преданно служили (хотя и не без ворчания), и образовалась их целая когорта. Они-то и приводили в действие сложную петровскую машину управления. А человеческие качества его покоряли. Он ел и пил немного - и всё замечал сквозь содержимое бокала.
Умный государь брал себе умных министров. Яков Долгорукий - один из немногих, кто говорил царю в лицо правду, делал упрёки. Когда Долгорукий высказал ему несогласие, Пётр (пишет Ключевский) расцеловал его, сказав: «Благий рабе верный! В мале был еси мне верен, над многими тя поставлю».
Историк В. О. Ключевский пишет так:
«Несчастье Петра было в том, что он остался без всякого политического сознания, с одним смутным и бессодержательным ощущением, что у его власти нет границ, а есть только опасности. Эта безграничная пустота сознания долго ничем не наполнялась… Недостаток суждений и нравственная неустойчивость при гениальных способностях и обширных технических познаниях резко бросались в глаза…
С детства плохо направленный нравственно и рано испорченный физически, невероятно грубый по воспитанию и образу жизни и бесчеловечный по ужасным обстоятельствам молодости, он при этом был полон энергии, чуток и наблюдателен по природе. Этими природными качествами несколько сдерживались недостатки и пороки, навязанные ему средой и жизнью…
Он умел своё чувство царского долга развить до самоотверженного служения, но не мог уже отрешиться от своих привычек, и если несчастья молодости помогли ему оторваться от кремлёвского политического жеманства, то он не сумел очистить свою кровь от единственного крепкого направителя московской политики, от инстинкта произвола. До конца он не мог понять ни исторической логики, ни физиологии народной жизни. Впрочем, нельзя слишком винить его за это: с трудом понимал это и мудрый политик и советник Петра Лейбниц… Вся преобразовательная его деятельность направлялась мыслью о необходимости и всемогуществе властного принуждения; он надеялся только силой навязать народу недостающие ему блага и, следовательно, верил в возможность своротить народную жизнь с её исторического русла и вогнать в новые берега. Потому, радея о народе, он до крайности напрягал его труд, тратил людские средства и жизни безрасчетно, без всякой бережливости.
Пётр был честный и искренний человек, строгий и взыскательный к себе, справедливый и доброжелательный к другим; но по направлению своей деятельности он больше привык обращаться с вещами, с рабочими орудиями, чем с людьми, а потому и с людьми обращался, как с рабочими орудиями, умел пользоваться ими, быстро угадывал, кто на что годен, но не умел и не любил входить в их положение, беречь их силы, не отличался нравственной отзывчивостью…»
Мог Пётр кулаком ударить, а мог и крепко расцеловать за добрый поступок. Никогда ранее таких царей на Руси не было.
Церковь? За снятие колоколов, за неисполнение им всех церковных обрядов царя поругивали, однако уважали за молитвенное отношение к священной истории, к Евангелию, за верность православию (хотя боялись латинства, протестантов, которые окружили царя в Лефортове, в Немецкой слободе).
…Миновали годы, уже не было на свете Петра, но споры о роли его в русской истории продолжались.
В XIX веке историк Погодин доказывал, что сын Петра, царевич Алексей, тоже был «великого ума и сильной воли». Увы! Царевич был слаб, шёл против отцовских новшеств, стоял за старую Русь, не спорил с теми, кто называл его отца «Антихристом». Нащокин написал книгу «О повреждении нравов в петровские времена», однако и он вынужден был признать: если бы Пётр не сделал такой рывок, Россия ещё 200 лет догоняла бы Европу.
Историк С. М. Соловьёв напоминал: не только простой народ и не только раскольники или вообще люди, не терпевшие преобразовательных идей, недовольны были Петром. Именитые дворяне тоже. Они не хотели отправлять своих детей в европейские школы, институты, это было не по нутру боярам-лежебокам. Пётр - не Архимед, но эту-то махину он сдвинул с мёртвой точки.
…И всё-таки, как бы ни изучали учёные-историки эпоху Петра Великого, что-то от них всегда ускользало, и что-то весьма важное. На наш взгляд, ускользало такое чувство, как страсть. Мысли можно прочесть в письмах и документах императора, но чувства!.. Царь жил чувствами, мечтой, страстями. Была у него жена, первая, были возлюбленные, но только в «Катеринушке» нашёл он то, без чего ему трудно было бы жить. Она могла унять его припадки (они начались оттого, что в пятилетнем возрасте на его глазах убивали его дядю), нервное подёргивание лица, внезапную слабость в голове. Наверняка и в любовных утехах они были равны. И оба прощали друг другу увлечения, ибо действительно любили, и страстно любили.
Была и ещё одна замечательная вещь в биографии Петра: он не играл в детстве в игрушки, он сразу начал с настоящих ботиков, с настоящих собственных солдат - своих друзей, мальчишек. И так же играючи взялся за дела государственные: ботик спустить на воду - то же, что соорудить корабль по аглицкому примеру, а вести его мог хоть бомбардиром, хоть капитаном…
ИГРА и СТРАСТЬ - главные свойства Петра I…
Но отчего всё же не назвал он своего преемника? Неужто хотел оставить супругу-немку?.. Или из-за болезни не успел произнести имя?.. Так и осталось сие тайной…
СОДЕРЖАНИЕ
Введение………….…….…….……..…………..…………….……….….…..…….3
1. Наследие Петра 1 и эпоха дворцовых переворотов. ………………...………..4
2. Политика «Просвещенного абсолютизма». Екатерины II. ……….….……….8
3. Основные цели и направления внешней политики России. Русско-турецкие войны. …….…….…….…….…….…….…….…………..……….………..………16
Заключение. …….…….…….…………..…….…….…….…….…….…….…........19
Список литературы. …….…………………...….…….…….…….…………..……21
Введение
Середина и вторая половина XVIII века вошли в историю России как продолжение "петербургского периода", как время превращения нашей страны в великую европейскую державу. Правление Петра Великого открыло новую эпоху. Россия приобрела европеизированные черты государственного устройства: управление и юрисдикция, армия и флот были реорганизованы на западный лад. Это время было периодом больших потрясений (массовые волнения крестьян в середине столетия, Чумной бунт, восстание Пугачева), но также и серьезных преобразований. Потребность упрочить социальную основу "самодержавного абсолютизма" вынудила российских монархов изменить формы сотрудничества с сословными структурами. В итоге дворянству были даны сословное управление и гарантии собственности.
История России второй четверти и середины XVIII века характеризовалась острой борьбой дворянских группировок за власть, приводившей к частым сменам царствующих особ на престоле, к перестановкам в ближайшем их окружении. С легкой руки В.О. Ключевского за этим периодом закрепился термин "эпоха дворцовых переворотов". В.О. Ключевский связывал наступление политической нестабильности после смерти Петра I с "самовластьем" последнего, решившегося, в частности, поломать традиционный порядок престолонаследия. Престол оказался отданным "на волю случая и стал его игрушкой" - не закон определял, кому сидеть на престоле, а гвардия, являвшаяся в тот период "господствующей силой".
Эпоха характеризовалась переходом на путь постепенной ликвидации всеобщего закрепощения населения государством (первоначально данный процесс коснулся дворянства); отходом от идеи всевластия царя; признанием определенных прав за личностью; укреплением позиций как местного чиновничьего аппарата, так и местного дворянства в администрации и суде на местах; упрочением идеи сотрудничества, активизации местных сил. Существенное место в идеологии Просвещения занимала концепция "просвещенного государя", который заботится о благе подданных. В "просвещенном" государстве во главу угла в государственных установлениях и в политике должны были ставиться законы, установленные для блага народного. Властитель, признаваясь неограниченным и свободным в своих полномочиях по отношению к обществу, должен был сам следовать законам своего общества и руководствоваться ими.
1. Наследие Петра 1 и эпоха дворцовых переворотов.
Законом 1722 г., был отменен обычный порядок престолонаследия, действовавший в Московской Руси, и монарху предоставлялось право назначения наследников. При таком порядке важное значение получало завещание монарха. Но Петр умер от случайной простуды, сломившей его расшатанное трудами здоровье, умер всего 52-х лет и не оставил никакого завещания. Вельможи и «господа Сенат», собравшиеся во дворце в ночь на 28 января 1725 г. ввиду неминуемой кончины Петра, от кабинет-секретаря Макарова узнали, что Петр не выразил своей воли о наследнике. Приходилось подумать, кем заменить умиравшего императора..........
Заключение
Каковы же были основные итоги XVIII века для России?
В XVIII веке российское самодержавие было в апогее своего исторического развития, отстояв монополию на власть в борьбе с олигархическими притязаниями аристократии и подчинив прямому государственному контролю церковь. Во второй половине XVIII века было фактически ликвидировано церковное землевладение: его доля сократилась с 12% до 2%.
Мощная экономическая база стала одним из факторов утверждения определенной независимости самодержавия от всех сословий. В то же время эта независимость, позволявшая самодержавию лавировать между сословиями, осуществляя, так сказать, «надклассовую функцию», безусловно, имела свои границы, что наглядно показали неоднократные дворцовые перевороты, которые без особого труда устраивали в Петербурге различные фракции дворянства между 1725 и 1801 годами.
По своей феодальной природе российское самодержавие темнее всего было связано с дворянским сословием, от которого оно во многом зависело и в котором видело свою главную опору. Петербургские самодержцы в гораздо большей степени, чем их московские предшественники, заботились об укреплении этой социальной опоры. По сложившейся традиции делалось это с помощью раздачи населенных земель отличившимся перед престолом дворянам, а также путем сознательного расширения дворянского сословия за счет отличившихся военных, наиболее способных чиновников и разбогатевших предпринимателей. В течение XVIII века из государственного фонда в частное владение было отчислено более 2,5 млн. крестьян. Зачастую земли и крестьяне дарились «новым» дворянам в дополнение к полученному ими за службу или иные заслуги дворянскому званию. К исходу XVIII столетия российское дворянство обновилось за счет выходцев из других сословий более чем на 20%, что, безусловно, упрочило социальную базу самодержавия.
В то же время именно в XVIII веке, а точнее - на его исходе, законность российского самодержавия и его нравственная состоятельность впервые были поставлены под сомнение. Это было неизбежным логическим результатом проникновения в Россию идеологии Просвещения и идей французской революции.
XVIII век - это время утверждения в России светской культуры, распространившейся, правда, лишь на привилегированную и образованную часть общества. Формируются новая русская культура, национальный язык, возникает профессиональное театральное, музыкальное и изобразительное искусство. Российская наука достигает высокого по тем временам уровня научных знаний.
Но все эти новации лишь в самой минимальной степени затрагивали 90% населения крестьянской России, продолжавшей жить по обычаям предков. В результате форсированной европеизации именно в XVIII веке произошел тот культурно-цивилизационный раскол в русском обществе, который окончательно отделил его верхушку от народных масс, определив на столетие вперед обострявшееся взаимное непонимание между ними.
Так или иначе, но в XVIII веке на месте столь же самобытной, сколь и архаичной Московской Руси возникла полуевропеизированная Российская империя - авторитарно-бюрократическое государство, утвердившее себя в результате многочисленных войн в качестве великой европейской державы. Россия с короткими перерывами воевала почти на всем протяжении XVIII столетия. Никто не знает, сколько человеческих и материальных потерь понесла она в этих войнах. Экспансионизм Российской империи внушал серьезную тревогу в Европе, питая там антирусские настроения.
Независимо от побудительных мотивов резкой активизации внешней экспансии России с начала XVIII века, порожденной потребностью получить выходы к Балтийскому и Черному морям, российская внешняя политика объективно превратилась в фактор, дестабилизирующий сложившееся равновесие в Европе, что вызывало неизбежное противодействие этой экспансии со стороны ведущих европейских держав. Правда, к исходу XVIII столетия на политической карте Европы появился новый «нарушитель» европейского равновесия - революционная, а затем наполеоновская Франция, против которой объединились все легитимные монархии Старого Света, включая и Российскую империю.
Односторонняя политико-культурная ориентация Петербурга на Западную Европу на всем протяжении XVIII столетия не была безоговорочно позитивной, так как Россия в это время утратила что-то из своих традиционных духовных ценностей. В этом смысле XVIII столетие для России можно считать переходной и даже переломной эпохой в ее историческом развитии.
Список литературы
1.История политических и правовых учений. Учебник для вузов. Под общей редакцией члена корреспондента РАН В. С. Несесянца. М.: 1996 - 736 с.
2. История России с начала XVIII до конца XIX века/ Л.В. Милов,
П.Н. Зырянов, А.Н. Боханов, М.: ООО Издательство АСТ-ЛТД, 1997-554с
3. Ключевский В.О. Курс лекций по русской истории,
собр.сочинений, М.: 1979.(Том №3)
4. Татищев В.Н. История российская, М.: 1986.(Том №7)
5. Черкасов П.П., Чернышевский Д.В. История императорской России,
М.: Междунар. отношения, 1994. - 448с.
6. Юрганов А.Л., Кацва Л.А. История России XVI-XVIII вв.: Учебник для
высших учебных заведений, М.: Мирос, 1994. - 424с.
7. Каменский А.Б. Российская империя в XVIII веке: традиции и модернизация. М., 1999
8. Ионов И.Н. Российская цивилизация, IX - начало ХХ вв.: Учебн. кн. для 10-11 кл. общеобразоват. учреждений. М., 1995